Ангел на метле

Мне повезло, я никогда не жил на одной площади с соседями, но кое-кто из моих одноклассников обитал в общих квартирах, а я порой заглядывал к ним в гости.

– Топай, – пихнул меня в спину юноша, – на шмон.

– Куда?

– Ха-ха-ха, – заржал провожатый, и тут в стене открылась маленькая дверь.

– Сюда, Ваня, – сказал Сергей, – а ты ступай прочь!

Вонючий юноша испарился, Митяев отодвинул пыльную бархатную занавеску, и я очутился в шикарном кабинете, стены которого были отделаны панелями из мореного дуба.

– Ваня, – закричал одетый как попугай мужик, – ай молодец, приехал! Ну, начнем, помолясь! Это Мамзель!

Сильно накрашенная блондинка, на которой из одежды имелись практически одни белые лаковые ботфорты на золотых каблуках, лениво кивнула:

– Хай, котеночек!

Она окинула меня оценивающим взглядом и, перекатывая во рту жвачку, заявила:

– Ну ниче… симпотный… тока пень!

– Нам такой по сценарию нужен, – сказал Сергей.

– Не… жесть, – скривилась Мамзель. – Че обо мне подумают.

– Лучше заткнись! – рявкнул «попугай». – Думать никто не умеет. Ваня богатейший человек! Десятый по «Форбсу».

Мамзель сняла ноги с журнального столика, села нормально, и я с облегчением понял: девица не обнажена, ее тело обтягивает светло-бежевый комбинезон. Почему-то в подобной одежде человек кажется более раздетым, чем в нижнем белье.

– Че? Правда? – заинтересовалась Мамзель.

– Ты о чем, Котя? – спросил «попугай».

– Ну… этот… он из «Форбса»? – спросила певичка.

Сергей взял со столика газету и начал было обмахиваться ею, но потом взгляд его упал на название листка, и он отбросил «Желтую правду», словно ядовитую змею.

– Почему здесь не «Час пик» лежит? – прошипел он.

– Вопрос не ко мне, – фыркнул «попугай». – Забашляли они, а ты пожадился.

– Урою пиарщиков, – взвыл Митяев, хватая мобильный.

«Попугай» мгновенно выхватил у Сергея телефон.

– Котя, ты тут по нашему делу, – напомнил он, – своих позднее уроешь. Эй, Ваня, иди сюда!

– Мы с вами пока не знакомы. – Я решил поставить хама на место.

Но «попугая» оказалось трудно смутить, он хлопнул себя по бедрам и весело констатировал:

– Альцгеймер разбушевался, пей лекарства. Мы с тобой сто лет рядом!

– Столько не живут, – отбил я мяч.

– Вау, смешно! Че, не признал?

– Нет."

"– Я же Илюша, – обиженно протянул «попугай», – просто прическу сменил, ну, припомнил? Мы еще в твоем кабинете так хорошо шуршали, про Лео и Мензу.

– Скунс! – воскликнул я.

– Сунс, – топнул Илья. – Ну, теперь, когда кое у кого в мозгах просветлело, начнем! Ваня, переодевайся! Мамзель права, в твоем костюме не канает!

– Пиджачная пара новая, – засопротивлялся я, – я не желаю натягивать другую одежду.