Антикиллер-3: Допрос с пристрастием

 – Вы-то с отцом только нравоучения читаете! Тоже мне, воспитатели!

– Отец двадцать лет на «Сельхозмаше» работает, ни одного выговора не получал, я в школе восемнадцать лет, тоже всегда на хорошем счету. – Голос Веры Ивановны дрожал. – Лучше бы с родителей пример брал, а не с этих твоих…

Сынок глумливо засмеялся.

– С вас?! Ты что, с дуба упала? Да кто вы такие? Ничего не можете, ничего не имеете… Какой пример? Хотите, чтобы я тоже в нищете ковырялся? Пропусти, а то в окно вылезу!

Руки Веры Ивановны бессильно опустились, по красному лицу покатились слезы.

Подросток, оттолкнув ее, протиснулся в дверь. По гулкой железной лестнице сбежал во двор, оскальзываясь в грязи, выбрался на улицу, вытер подошвы о разбитый асфальт и быстро пошел по круто ведущей к Дону улице."

"Угрызения совести его не мучили, и плачущая мать не стояла перед глазами. Он давно определился, с кого брать пример. Тут даже думать не о чем: с одной стороны – затюканные жизнью, сидящие на грошовой зарплате родители, убогая квартирка и перспектива столь же унылой безрадостной жизни, с другой – Зема на набитом телками «Мерседесе», Батон с полным кошельком «хрустов» и богатым перстнем на пальце… У них есть все – сила, возможности, авторитет среди пацанов! И у него все будет.

Вот уже и появилось – черная куртка, черные джинсы, черные высокие ботинки на толстой ребристой подошве, черная лыжная шапочка, которую можно раскатать на лице, и получится маска с прорезями для глаз… В таком прикиде не стыдно на улице показаться – сразу всем видно, какой он крутой пацан!

Через десять минут он подошел к месту сбора. На пустыре у подножия Лысой горы за голыми кустами сидели Бомба, Крыса и Шептун.

Здороваясь с ним, каждый встал, почтительно протянул руку. Здесь он был не двоечником, сыном училки, а «стремящимся» по кликухе Шкет.

– А где остальные? – спросил он строго, как и положено главарю кодлы.

– Кот как принес домой свою долю, так и забухал с отцом, – шмыгая носом, пояснил Крыса. Он выглядел намного младше своих шестнадцати лет, у него были мелкие черты лица, псориаз и хронический гайморит. – А у Дымка предки хипеж подняли, заперли его дома, хотели даже в ментовку идти.

Меня на порог не пустили и Бомбу выгнали…

– Выгнали, – подтвердил Бомба – широкоплечий парень с лицом дегенерата. Он учился во вспомогательной школе и имел диагноз «олигофрения», но при общении в компании это не ощущалось. Нормальный пацан.

Шептун, как всегда, молчал. Он боялся насмешек. Ему и кличку-то дали за то, что он частенько портил воздух – пускал «шептунов».

Шкет презрительно осмотрел всех троих.

Крыса в выношенном коричневом пальто, из которого он вырос года три назад.