Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

В добротном застекленном шкафу у стены — хрустальные рюмки и распис­ной чайный сервиз. Возле другой стены — тахта со множес­твом подушек. В углу под мягким креслом валялось несколь­ко пустых бутылок.

—«Трудно жить вдовой,— запричитала женщина, косясь на Шукаева.— Каждый может обидеть. А за что?

Она начала было жаловаться на сельсовет, на участко­вого, но Шукаев жестом остановил ее излияния.

—    Фамилия, имя и отчество,— обратился он к сыну хозяйки, доставая лист бумаги и карандаш и рассматривая Мурата. Широченные плечи, квадратный массивный торс и коротенькие кривые ноги.

Человек этот часто сидел в седле

И брюки у него были потерты, как обычно бывает у кавале­ристов. Лицо крупное, грубое, покрытое редкими мелкими шрамиками от перенесенной оспы. Взгляд неприязненный и неподвижный. Казалось, он часами мог смотреть в одну точ­ку. Сейчас глаза его были устремлены куда-то поверх рамы окна.

Жунид повторил свой вопрос

—  Еганов Мурат Питуевич.

Голос у него был глухой, слегка охрипший.

Следователи переглянулись. Фамилия обоим была знако­ма. Она фигурировала в оперативной версии, подсказанной Денгизовым.

Еще в Краснодаре, в управлении, Шукаев пору­чил молоденькому участковому Махмуду Коблеву заняться Егановым.

— Сдайте ваше оружие,— встал из-за стола Дараев.

— Какое оружие? У меня нет...

— Кинжал!

Мурат, пробормотав адыгейское ругательство, отстегнул кинжал и положил на стол. Дараев убрал его."

"— Аллах разгневался на бедную вдову,— чуть ли не в голос вдруг завопила хозяйка.— За что карает? Думала свадь­бу сыночку справить, а на него чужой грех хотят возвести!

О аллах!..

— Дайте ей воды! Перестаньте ныть! — раздраженно ска­зал Жунид, отлично понимая, что начинается обычный спек­такль для легковерных.

Женщин этого типа ему уже не раз приходилось встречать. С виду несчастная и смиренная, а за­гляни на чердак — найдешь самогонный аппарат, спустись в подвал — наткнешься на ворованную колхозную кукурузу. Он почти не сомневался, что домишко этот, стоящий на отшибе, вдалеке от других хатенок аула,— либо постоялый двор для проезжих воров, либо тайное питейное заведение, где любой может втридорога получить бутылку хмельного, ужин и ночлег.

— Каким образом лошадь попала к вам? — спросил Шукаев Мурата, когда женщина утихомирилась.

— Я сказал. В лесу нашел. Поймал, домой привел. Хотелчистить, а ваш человек — с кулаками... Не имеет права..

— Разумеется  Но вы, кажется, в долгу не остались!

— Зачем в долгу. Сила есть... драться не дам.

— Ладно. Оставим это. Вадим Акимович, приступайте к обыску... Еще раз спрашиваю, Еганов, откуда у вас эта ло­шадь?

— В лесу нашел...

— Где? Точнее...

— Недалеко от нашего аула.

— Я вам не верю.