Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

—  Может быть, вы, товарищ майор, поможете нам? К обыску во дворе еще не приступали. Здесь, в комнатах, я думаю, нет надобности смотреть: бандиты не входили даже во двор...

—  Мы охотно поможем,— сказал Шукаев.

Допрос и осмотр места, где произошло покушение, за­няли около двух часов.

Пострадавший оказался технологом маслосырзавода Са-хатом Кабдуговым, старожилом аула.

Имя это, в первый момент показавшееся Шукаеву незна­комым, тем не менее, помимо его воли, заставило работать его память, хранившую сотни лиц и фамилий, десятки раз­личных событий, связанных с многолетней следственной прак­тикой и отделенных иногда друг от друга расстоянием в не­сколько лет.

Однако на этот раз ассоциации были настолько смутными, что он отбросил всякие попытки вспомнить, зная по опыту, что, если когда-либо и слышал о Сахате Кабдуго-ве, то это всплывет со временем без особых усилий с его стороны.

Сыровар пришел в себя, обвел присутствующих мутным взглядом из-под набрякших век и, увидев жену, спросил по-черкесски, с трудом шевеля распухшими губами:

—  Ничего... не украли?

—  Нет, нет! — торопливо ответила она.

— В дом не вхо­дили, убежали сразу...

Сахат Кабдугов был грузен и коротконог. Маленькие заплывшие глазки беспокойно бегали, скользя по лицам, точно кого-то искали. В них постепенно стиралось, исчезало бес­смысленное выражение, сменяясь растерянностью и страхом.

Шукаев с разрешения младшего лейтенанта и врача по­ручил Вадиму Акимовичу взять показания у пострадавшего и его жены, а сам с одним из милиционеров занялся осмот­ром двора.

Выяснить удалось следующее.

Сахат Кабдугов работал на маслосырзаводе со дня его основания, технологом был назначен полгода назад, так как, несмотря на отсутствие специального образования, показал себя неплохим работником.

Недавно его посылали на курсы производственников в Кировабад.

Жил он тихо, ни в чем предосудительном замечен не был, подозрительных знакомств, вроде бы, не поддерживал.

В доме, кроме него и жены,— еще его старуха мать, боль­ная, немощная, почти не поднимающаяся с постели. Един­ственный сын Кабдуговых — в армии.

В ночь покушения сыровар возвращался домой после двенадцати: засиделся за стаканом вина у приятеля, бондаря того же завода Мазана Каражаева.

Решив сократить путь,— Каражаев жил на противополож­ном конце аула, растянувшегося вдоль реки на несколько километров,— Сахат пошел задами, но, будучи изрядно на­веселе, запутался в чужих огородах, растревожил аульных псов и, спасаясь от них, где-то свалился через плетень и разбил в кровь губы. Словом, к дому он вышел примерно во втором часу ночи, перепачканный, с расцарапанной физионо­мией.

Встретили его неизвестные, когда он уже брался за руч­ку калитки.

Двое.