Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Все это надлежало применять в соответствии с инструкцией, копии которой тут же раздал секретарь Коноплянова

Было семь часов, когда Колосунин отпустил всех, при­казав немедленно получить необходимое имущество, оружие сделать возможные перестановки в кабинетах, где теперь им надлежало дневать и ночевать, и ровно в девять быть на экстренном совещании у начальника управления

— Значит, война,— сказал Вадим, когда они вышли из зала.

Жунид подозрительно глянул на товарища: ему показа­лось, что Дараев произнес эти два слова каким-то странным тоном, в котором, пожалуй, и не было растерянности или вполне понятной тревоги.

Чересчур спокойно сказал, даже беспечно

—  Что ты на меня воззрился.

—  Не пойму,— серьезно ответил Жунид.— Ты, вроде  и не взволнован?

—  Нет, почему же   Приятного, конечно, мало  Но долго война не продлится. Дадим им как следует, будут помнить. Месяц-два и драпанут к своему фюреру...

Шукаев неодобрительно покачал головой.

—  Ты отличный парень, Вадим,— сказал он с досадой,— но никудышный политик. Я тебе не раз говорил. Как же! Шапками закидаем! Не дай, аллах, конечно, но я боюсь, не­легкой будет эта война.

Во-первых, немцы испокон веков были отменными вояками, а,  во-вторых, они давно готовятся к маршу на восток и имели несколько репетиций в Европе. Это тебе известно. Паникерство — страшная штука, но недооценка врага — не лучше.

—  Ну вот, вечно ты меня воспитываешь,— обиженно буркнул Дараев.— Скажи лучше, где мы-то с тобой и с Ар­сеном будем обретаться? На место Воробьева скоро, навер­но, назначат человека.

— Сейчас узнаем. Михаил Иванович распорядится.

* * *Совещание открыл Колосунин. Конопляное не явился. По этому поводу уже ходили разговоры — никто не знал, где начальник управления.

С первых же слов Михаила Ивановича все выяснилось:"

"—  Чувствую и понимаю ваше недоумение,— слегка улыб­нувшись, сказал он.— Дело в том, что бывший начальник Черкесского управления НКВД полковник Коноплянов уволен с занимаемой должности за нарушение социалистической законности при расследовании шахарского ограбления, за ошибки и промахи в работе. На его место назначается Вик­тор Иванович Гоголев, человек вам хорошо известный,—

Колосунин сделал жест в сторону Виктора Ивановича, сидев­шего в кресле справа от стола.

— Прошу любить и жаловать. И позвольте поздравить вас, Виктор Иванович,— Котюсунин пожал протянутую руку Гоголева, который при последних словах Колосунина встал и неловко переминался с ноги на ногу.

—  Поздравляем!

—  Давно пора!

—  Поздравляем, Виктор Иванович!

Когда шум и оживление улеглись, комиссар сказал уже другим тоном:

— А теперь — к делу. Просим вас, Виктор Иванович, хозяйничайте.

Гоголев занял место за столом, обвел собравшихся сра­зу посерьезневшим взглядом.