Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

—  Разве что показания Будулаева?

—  Омар от всего откажется. Старик — птица большого полета. Видно по всему...

—  Ну, тогда что же? Ни пуха, ни пера!..— сказал Вик­тор Иванович.

—  Еще минуту. Сейчас должен подойти Арсен. Он по­шел узнать результаты экспертизы пистолета ТТ, из которо­го в меня стреляли."

"—  Знаете, Жунид Халидович,— снова заговорил Гого­лев.— Я бы на вашем месте ехал в Дербент не вдвоем, а вчетвером. Конечно, дагестанские товарищи вам помогут, дадут и людей, и транспорт — на них ведь до сих пор так и висит нераскрытое убийство инкассатора,— но новых людей надо вводить в курс дела, иначе они могут дров наломать.

А это потребует времени. Не лучше ли вам взять с собой и

Вадима Акимовича, и Абдула? Я заменю его: ревизию в ювелирторге проведет кто-нибудь другой.

—  Я как раз хотел вас просить именно об этом,— ска­зал Шукаев, подмигнув Вадиму.— А вы сами... Действитель­но, здесь делать больше нечего, а там, в Дербенте, капитан Дараев и лейтенант Маремкулов мне, ох, как понадобятся.

Гоголев поднял телефонную трубку.

—  Дежурный? Гоголев говорит. Найдите моего секрета­ря — он где-то там сейчас, в отдела кадров.

— Пусть срочно едет на вокзал и по нашей броне возьмет два билета на один­надцатичасовой в Дербент. Да, на одиннадцатичасовой. Вы­полняйте!

—  Спасибо, Виктор Иванович,— сказал Дараев.

—  Не за что. Ваше присутствие там нужно для пользы дела. Не на курорт поедете. Кстати, Жунид Халидович, с Махачкалой я созвонился еще вчера: вас в Дербенте встре­тят и помогут.

—  Спасибо.

В дверь постучали.

—  Это Сугуров. Да?

Но вошел не Арсен, а лейтенант Абдул Маремкулов. На его обычно хмурой физиономии сейчас было написано до­вольство собой и предвкушение похвалы.

Жунид тотчас понял, что Абдул явился не с пустыми руками. Вообще, присматри­ваясь к этому человеку, Шукаев сделал для себя вывод, что при желании он умеет работать и даже выполнять вполне самостоятельно кое-какие несложные поручения, если обра­щаться с нам по-человечески, не подчеркивая своего превос­ходства, в чем бы оно ни выражалось. Америки он не откро­ет, но может быть просто полезен. Конопляновские методы руководства сделали из него существо мало думающее, не рассуждающее, привыкшее раболепствовать перед начальст­вом. Вытравить это из человека, которому уже немало лет, не так-то легко, но помочь ему сделать это самому — можно и нужно.

—  Что у вас, лейтенант? — спросил Гоголев.

—  Товарищ полковник (Виктора Ивановича неделю на­ зад повысили в звании), разрешите обратиться к товарищу майору!

—  Обращайтесь,— сдержал улыбку начальник управле­ния.

—  Сядьте, лейтенант,— не дал ему продолжать в том же официально-уставном тоне Шукаев.— Сядьте и расскажите покороче, что там, у Паритовых.