Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11
Настоящий том содержит в себе произведения разных авторов посвящённые работе органов госбезопасности, разведки и милиции СССР в разное время исторической действительности.Содержание:1. Юрий Николаевич Абожин: Конец карьеры 2. Иван Иванович Буданцев: Боевая молодость 3. Александр Эммануилович Варшавер: Повесть о юных чекистах 4. Александр Эммануилович Варшавер: Тачанка с юга 5. Игорь Михайлович Голосовский: Записки чекиста Братченко 6. Гривадий Горпожакс: Джин Грин – Неприкасаемый. Карьера агента ЦРУ № 014 7. Виктор Алексеевич Дудко: Тревожное лето 8. Анатолий Керин: Леший выходит на связь 9. Рашид Пшемахович Кешоков: По следам Карабаира Кольцо старого шейха 10. Алексей Кондаков: Последний козырь 11. Виктор Васильевич Кочетков: Мы из ЧК
— Как давно он там обосновался и сколь много ценного мы от него получили, но, увы, у нас никогда не хватало сил и средств до конца использовать нашу осведомленность… Насколько я помню, это генерального штаба полковник Горюнов…
— Михаил Иванович, — подсказал Шатилов.
— Какой он теперь занимает пост?
— Начальник оперативного отдела.
— О-о, весьма ценно. Настало время не ограничивать его деятельность сбором военной информации, а смелее через него «координировать» наши оперативные планы с планами Кавказского фронта по цели, времени и месту. Конкретнее об этом я скажу дальше.
Врангель кивнул Богнару:
— Пожалуйста, докладывайте, полковник.
— Вчера утром, господин главнокомандующий, из Екатеринодара в Симферополь прибыл человек к кубанскому войсковому атаману генералу Букретову. Он сообщил, что в Екатеринодаре образовалась сильная подпольная патриотическая организация «Круг спасения Кубани». Во главе ее — полковники Фесков и Белый. Они согласны принять военное и политическое руководство Кубанской рады крымского состава. Готовы помочь ее руководителям Букретову и Иванису захватить власть на Кубани и предлагают начать активную борьбу против той части рады, которая находится в Тифлисе, и против, извините, правительства вашего превосходительства.
— Где кубанский посланец?
— Чтобы не вызвать недовольство наших кубанцев, я предоставил ему возможность выехать поездом на побережье Керченского полуострова и ночью отплыть в сторону Тамани. Но на середине пролива мы его перехватили и поместили в одиночную камеру керченской тюрьмы.
Врангель в глубокой задумчивости прошелся вдоль стены, на которой висела карта Северного Кавказа, и, как бы проверяя свою мысль на слух, заговорил сам с собой:"
"— Значит, вчера Букретов и Иванис продемонстрировали политическую позицию той части рады, которая, казалось бы, на основании соглашения между мной, атаманами и правительствами Дона, Кубани, Терека и Астрахани, обязана честно бороться в едином с нами боевом строю.
Он остановился против карты и широко расставил ноги. Взгляд его охватывал все пространство от Главного Кавказского хребта до Дона и от Крыма до калмыцких степей. Думать вслух, глядя на огромные пространства Российской империи, было его внутренней потребностью. Это возбуждало его чувства, наполняло душу и разум жаждой борьбы.

















