Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Увлеченность новыми идеями привела Врангеля в академию генерального штаба. И вот, в мировой войне, когда он стал во главе корпуса гвардейской кавалерии и готовился к осуществлению идеи глубинного рейда в условиях позиционной войны, революционный взрыв спалил и ее.

Великая российская смута вознесла его на пост командующего Кавказской армией, а затем главнокомандующего войсками юга России… Но почему юга России? Идея образования Северо-Кавказской республики — это не завершение, а начало возрождения России. Именно России…

Долго стоял Врангель в соборной часовне и задумчиво всматривался сквозь ладанный дым в образа, силясь услышать в душе своей их вещий глас о судьбах таврической и кубанской операций.

Наконец Врангель резко повернулся и устремился к выходу.

— … Пиши, Павлуша, — крикнул он с порога кабинета генерала Шатилова. — Пиши!

«Приказ правительства и главнокомандующего вооруженными силами юга России. Севастополь. 6 (19) августа 1920 г.

Ввиду расширения занятой территории и в связи с соглашениями с казачьими атаманами и правительствами, коим главнокомандующему присваивается полнота власти над всеми вооруженными силами государственных образований Дона, Кубани, Терека и Астрахани, Главнокомандующий вооруженными силами юга России впредь именуется главнокомандующим русской армией, а состоящее при нем правительство — правительством юга России.

Правитель юга России и главнокомандующий русской армией генерал-лейтенант Врангель».*[""266]

Полевая ставка главного командования прибыла из Севастополя в Керчь для непосредственного руководства кубанской операцией…

Распластавшись на морском горизонте багровыми отливами, светятся дымчатые облака.

Наступает рассвет. На самой вершине горы Митридат стоят генерал Врангель, командующий группой войск особого назначения генерал Улагай и донской атаман Богаевский. Они любуются величественной панорамой города Керчи и изогнутой, как подкова, бухтой. Над крышами домов стелются узкие шлейфы дыма, а на рейде маячат силуэты боевых кораблей, тральщиков, пароходов, паровых шаланд, катеров. Никогда еще Керченский порт не видел на своем рейде столько морских судов, и не было на памяти древнего Пантикапея случая, когда бы его улицы были заполнены таким количеством войск.

Напряженный взгляд главнокомандующего устремлен на причалы, где кубанские казачьи дивизии грузятся на суда. Не поворачивая головы, он обращается к генералу Улагаю:

— Я полагаюсь, генерал, на ваш боевой опыт и политический разум. Помните, с захватом вами Екатеринодара я оставляю Северную Таврию и брошу все свои войска на Кубань. Уверен, что взаимодействие трех группировок под вашим командованием обеспечит успех операции.