Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

А Малинина в банк пошлем. Такой вариант тебя устраивает?

Лешка вскочил, тиская шапку. Но я велел ему раздеться и лечь на диван. Довольный, си стащил старенькую шинель. Но уснуть в эту ночь нам так и не удалось...

3

Едва я начал дремать, как в дверь постучали. Кольцов вскочил, щуря сонные глаза. В коридоре ждал красноармеец с пакетом. Я прочел:

«Только что в банке похищено двадцать три килограмма золота. Жду вас. Малинин».

Отпустив солдата, я стал наматывать портянки.

— Что случилось? — спросил Кольцов.

— Наш план отменяется, — ответил я. — Поиски убийцы придется отложить.

Из банка взято золото. Взято, конечно, не ворами, а тайными врагами Советской власти. — Я не столько объяснял Лешке, сколько рассуждал вслух.

— А как же слесарь, Федор Гаврилович? — спросил Кольцов, когда мы вышли на улицу. — Ведь его упускать нельзя.

— Что ж, придется тебе одному выяснять, кому принадлежит ключ.

— Есть! — браво ответил Лешка и, боясь, что я передумаю, поспешно шмыгнул в переулок.

Возле банка собрался народ. Среди толпы высилась могучая фигура Малинина.

На каменных плитах лежал окровавленный красноармеец-часовой.

Правой рукой он продолжал сжимать ложе винтовки. Молодое удивленное лицо было повернуто к небу. Я наклонился к часовому. Он был еще жив.

— Врача! — крикнул я. — Внести в дом!

Малинин бросился помогать, бормоча:

— Оказывается, не помер, смотри ты!..

Красноармейца положили на стол в одной из комнат.

Вокруг столпились бледные чиновники. Один из них, в круглых роговых очках, с достоинством представился:

— Начальник отделения, коллежский советник Спицын. Готов по мере сил содействовать обнаружению злодея, покусившегося на государственное достояние.

Я почти не слушал советника. Все мое внимание привлекал красноармеец. Он стонал, широко открыв светлые, полные слез глаза, и пытался что-то сказать. Расстегнув гимнастерку, я увидел на груди широкую ножевую рану.

— Товарищ, кто тебя? — спросил я.

— Двое... — прошептал красноармеец. — Одного я знаю... Он...

— Говорите!

Но часовой обессиленно откинул голову. Глаза его закрылись.

— Федор Гаврилович, надо в подвал сходить, где золото хранилось, — напомнил Малинин. — Можно?

Я кивнул. Он удалился.

— Вызовите по телефону доктора! — приказал я Спицыну.

— Слушаюсь! — наклонил он хохолок.

Вслед за Спицыным вышли остальные служащие. Я остался в комнате один.

— Пи-ить! — попросил раненый и застонал.

— Потерпите, товарищ! — ответил я, выбегая в зал. Вокруг никого не оказалось. Пришлось самому отыскивать графин. Когда я вернулся с водой, красноармеец не шевелился. На его груди зияла вторая, свежая рана. Он был убит какие-нибудь три-четыре минуты тому назад. Подоспей раньше, я мог бы встретиться с убийцей! Я бросился к открытому окну. Площадь была пуста.