Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Шутка сказать! Збарский подчинялся теперь только директору ФБР, а директор, как известно, подчинялся одному лишь господу богу!

Среди почти шестнадцати тысяч штатных работников ФБР Збарский занял место на верхушке иерархической пирамиды, а ведь начинал он свою карьеру в качестве скромного информатора, одного из десятков тысяч осведомителей. Первое время он был «прикомандирован» к штурмовому отряду графа Вонсяцкого, служил ему верой и правдой, верой и правдой доносил на него в ФБР. Потом учился в «академии» ФБР в Форт-Куантико, близ Вашингтона…"

"Теперь же он, Збарский, заведовал специальным хранилищем, содержавшим почти двести миллионов отпечатков пальцев!

Хейл Гувер! Слава Гуверу! Да здравствует Гувер!

Один вашингтонский телекомментатор попал в самую точку, сказав: «Президент объявил, что он собирается заменить Гувера.

Однако Гувер пока не сообщил, намерен ли он заменить президента».

Мистер Збарский поежился, нервно поправил однотонный темный галстук. «Чиф» не терпел полосатых, кричащих галстуков, признавал только старомодный консервативный костюм, безукоризненно белую рубашку и темные носки.

И еще он не выносил бегающих глаз, повышенного, нервного голоса при докладе.

Едет!.. Из крайнего ряда автомашин к зданию министерства юстиции скользнул черный бронированный «кадиллак» с голубоватыми пуленепробиваемыми стеклами.

По правде говоря, в машину директора не стрелял еще ни один гангстер. Злые языки объясняют это тем, что под благожелательным взором дядюшки Эдгара гангстерские синдикаты купались в золоте. Благодарные гангстеры платили директору своей монетой: обделывали свои делишки без лишнего шума.

Мистер Збарский мельком глянул на циферблат настенных часов.

Директор, как всегда, был пунктуален. Не помешал ему и «траффик» по дороге от его особняка у парка Рок-Крик до здания министерства.

Сейчас директор поднимется на лифте к себе в кабинет, кивнув низко кланявшемуся ему секретарю и слуге Сэму. Сэм и его хозяин пережили на своих постах пятерых президентов. А Джонсон станет шестым. Сорок лет правит «чиф» шпионской империей…

И вот мистер Збарский не без внутреннего трепета предстал перед великим человеком, перед тем, кто был глазами и ушами антикоммунизма.

Чтобы казаться выше, Гувер иногда становился на подставку, лежавшую у него под столом у кресла. «Гроза коммунистов», «страж законности», «верховный блюститель порядка» был на диво мал ростом и кругл, как бильярдный шар.

Збарский докладывал свои соображения относительно модернизации хранилища досье. Гувер уселся поудобнее в кресле и будто задремал, опустив тяжелые морщинистые веки – веки семидесятилетнего старика, с 1924 года подобно Атласу подпиравшему устои американского образа жизни.