Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

 – Говори! Дальше я не пойду. И вообще – пошли лучше обратно.

– Я хотел спросить тебя, Чак, – тихо начал Джин, останавливаясь и поворачиваясь к Чаку. – Ведь если бы ты нашел нас тяжело раненными, ты бы добил нас не так ли?

– Что за бред?! Что за ахинею ты несешь?!

– А добив, ты бы отрезал у нас уши, Чак?

Чак отпрянул как от удара. В зеленоватых сумерках лицо его приняло бледно-зеленый оттенок. У него отвалилась челюсть.

– Возьми в руки «кольт», Чак! – сказал Джин, расстегивая кобуру.

– Ты с ума сошел! – хрипло выкрикнул Чак. – Я не собираюсь играть с тобой в ковбои!

– Считаю до трех, Чак.

По счету «три» я застрелю тебя как собаку! Раз!

Чак попятился. Его правая рука с растопыренными пальцами застыла над расстегнутой кобурой. Плечи вздулись и напряглись. Глаза сузились. Два!

Чак выхватил «кольт» и тут же, нажимая на спусковой крючок, прыгнул влево."

"Грянул выстрел. Рука Джина, секундой позже выхватившего пистолет из кобуры, застыла в воздухе. Пальцы разжались, выпуская тяжелый «кольт».

В джунглях заплясало шалое эхо.

А Чак вдруг буквально провалился сквозь землю. Под его ногами разверзлась земля, обрушился слой дерна с травой.

Он взметнул руками, роняя «кольт», и упал. Рухнул на остро заточенные бамбуковые колья западни, вырытой партизанами Вьетконга.

Дикий нечеловеческий вопль разнесся по джунглям. В глубине зарослей в стороне закричали гиббоны.

Схватившись за раненую руку, Джин с ужасом смотрел на то, как корчилось прошитое кольями тело. Острые, как штыки, колья прошли сквозь левый бок, пропороли грудь и спину. Кровь лилась, пульсируя, из двух десятков ран. От крови набрякла «тигровая» форма…

– Джин! Джин! – прохрипел Чак.

 – Спаси меня! Заклинаю богом…

– Ты должен был отрезать уши? – спросил Джин.

– Да! Да! Я все расскажу! Только, ради бога, вытащи меня отсюда!..

Джин повернулся и зашагал прочь, поддерживая онемевшую простреленную руку. Крик Чака сверлил ему уши. Началась агония…

Он шел и думал, что у ворот его встретят «зеленые береты» обеих команд и он скажет им: «Вьетконг! Я ранен, а капитан упал в тигровую западню. Принесите его!» И его принесут. Но он будет уже без сознания. Он обречен, потому что острые концы бамбуковых кольев наверняка смазаны ядом.

Тело Чака вздуется и покроется пятнами, и ничто его уже не спасет.

Он не видел, как Чак последним усилием сорвал с ремня осколочную гранату и зубами вырвав кольцо, швырнул ее ему вслед. Он не видел черно-алого разрыва в серо-зеленой чаще, не услышал разрыва гранаты, не почувствовал боли. В одно мгновение на мир обрушился всепоглощающий мрак.

По лицу ползали мухи. Он видел, как они взлетали, радужно переливаясь в последних лучах солнца, но не чувствовал, как они садились и ползали по лицу.