Армадэль, или Проклятие имени

– Я служил садовником, – продолжал Абрагэм Сэдж, – более чем сорок лет…

Вы – будете служить садовником еще сорок лет, если только замолчите и уберетесь отсюда! – воскликнул Аллан, как только смех позволил ему говорить.

– Благодарю вас, сэр, – сказал садовник с чрезвычайной вежливостью, но не показывая признаков, что он замолчит или уйдет.

– Ну что ж? – спросил Аллан.

Абрагэм Сэдж прокашлялся и повертел в руках грабли. Он смотрел на свой драгоценный инструмент с чрезвычайным интересом и вниманием, видя, по всей вероятности, не длинную ручку граблей, а хорошую перспективу вдали, а в конце ее свои личные выгоды.

– Когда для вас будет удобнее, сэр, – продолжал этот непреклонный человек, – я желал бы почтительнейше поговорить с вами о моем сыне. Может быть, для вас будет удобнее после, сэр? Нижайше кланяюсь и благодарю. Сын мой трезв, привык к конюшням и принадлежит к английской церкви.

Отрекомендовав таким образом своего сына, Абрагэм Сэдж вскинул на плечо свои драгоценные грабли и медленно скрылся из виду."

"– Если это образчик верного старого слуги, – сказал Аллан, – то я скорее согласен, чтобы меня обманывал новый слуга.

По крайней мере, вас он уже не будет беспокоить, мисс Мильрой. Все цветники в саду к вашим услугам и все фрукты летом, если только вам угодно будет приходить сюда кушать.

– О мистер Армадэль, как вы добры! Как мне вас благодарить?

Аллану представилась возможность сделать новый комплимент, комплимент, который продлил бы их встречу.

– Вы можете оказать мне величайшую милость, – сказал он, – вы можете помочь мне получить приятное впечатление о моем саде.

– Боже мой! Каким образом? – невинно спросила мисс Мильрой.

Аллан заключил свою мысль словами:

– Взяв меня с собой, мисс Мильрой, на вашу утреннюю прогулку.

Он улыбнулся и подал руку. Она со своей стороны увидела возможность пококетничать. Девушка подала ему свою руку, покраснела и вдруг отняла ее.

– Я не думаю, чтобы это было хорошо, мистер Армадэль, – сказала она, принявшись с глубочайшим старанием собирать цветы. – Не нужно ли нам пригласить сюда какую-нибудь пожилую даму? Кажется, мне не совсем прилично ходить с вами под руку, пока я не узнаю вас короче. Я вынуждена об этом спросить. Я так мало образована, я так мало была в обществе, и один из друзей папа сказал однажды, что мое обращение слишком смело для моих лет.

Вы как думаете?

– Я думаю, как хорошо, что здесь нет друга вашего папа, – отвечал откровенный Аллан. – Я поссорился бы с ним непременно. Что касается общества, мисс Мильрой, никто его не знает меньше меня, но если бы с нами была здесь пожилая дама, я должен сказать, что ее присутствие было бы чрезвычайно некстати. Не угодно ли? – заключил Аллан, во второй раз предлагая свою руку.