Армадэль, или Проклятие имени

– А! Понятно! – сказала сиделка.

Глава III

На краю открытия

Утро разговора миссис Мильрой с дочерью в коттедже было утром серьезного размышления для сквайра в большом доме. Даже добродушный характер Аллана не мог не испытать неприятного влияния событий последних трех дней. Отъезд Мидуинтера раздосадовал его, а воспоминание о том, как майор Мильрой принял его расспросы о мисс Гуилт, оставили неприятный осадок в его душе. После визита в коттедж Аллан чувствовал первый раз в жизни раздражение ко всем, кто приходил к нему. Он был нетерпелив в разговоре с Педгифтом-младшим, который зашел к нему вечером сообщить о своем отъезде в Лондон по делу на следующий день и предложить свои услуги клиенту.

Он чувствовал какую-то принужденность к мисс Гуилт на тайном свидании с ней в парке в это утро. Ему было неловко самому с собой в своей уединенной комнате, где он сидел теперь и угрюмо курил.

«Я не могу жить таким образом, – думал Аллан. – Если никто не хочет помочь мне задать мисс Гуилт этот деликатный вопрос, я должен сам придумать способ спросить ее».

Какой способ? Ответ на этот вопрос было так же трудно найти, как и прежде.

Аллан старался подстегнуть свою изобретательность, расхаживая взад и вперед по комнате, но уже при первом повороте размышлять ему помешало появление лакея.

– Что такое еще? – спросил он нетерпеливо.

– Письмо, сэр. Ждут ответа.

Аллан взглянул на адрес. Почерк был незнакомый. Он распечатал конверт, и из него выпала записка, адресованная тем же незнакомым почерком: «Миссис Мэндевилль, 18, Кингсдоун Крешент, Бэйсуотер, посылается с мистером Армадэлем». Удивляясь все более и более, Аллан взглянул на подпись в конце письма.

Там стояло: «Анна Мильрой».

– Анна Мильрой? – повторил он. – Это, должно быть, жена майора. Что ей может быть нужно от меня?

Чтобы узнать, что ей нужно, Аллан наконец сделал то, что ему следовало бы сделать сначала. Он присел прочесть письмо."

"«Коттедж, понедельник

(Секретное)

Любезный сэр, я боюсь, что имя в конце этого письма напомнит вам очень грубый прием с моей стороны, очень доброго внимания с вашей. Я могу сказать только в извинение, что я больная женщина и что если в минуту раздражения, вследствие сильных страданий, отослала вам назад фрукты, присланные вами мне в подарок, то я сожалела потом, зачем я это сделала.

Прошу вас приписать это письмо моему желанию загладить хоть сколько-нибудь пред вами вину мою и быть полезной нашему доброму другу и хозяину, если я только могу.

Я узнала вопрос, который вы сделали моему мужу третьего дня насчет мисс Гуилт. Судя по тому, что я слышала о вас, я совершенно уверена, что ваше желание узнать более об этой очаровательной особе происходит от самых благородных причин.