Азарт среднего возраста

Зачем, если тело все равно молчит? И так ли уж важно в этом случае, гладит мужская рука твою грудь с осторожной лаской или сжимает ее с совершенной необузданностью? Ксения помнила ту ласку, что стояла у Андрея в глазах, когда он просто смотрел на нее, и этого ей было достаточно.

А во время телесной любви глаза у него были закрыты. И торопился он – может, думал, если будет двигаться поверх ее тела побыстрее, то доставит ей удовольствие. А может, ни о чем не думал, просто делал то, что подсказывала плоть.

Ксения же широко открытыми глазами смотрела в его лицо. Оно было неподвижно, как у индейца на картинке в детской книжке Фенимора Купера. Только губы были закушены, и от этого ей казалось, будто Андрей выполняет какую-то тяжелую работу. Но она ошибалась, конечно. Ему приятно было с нею, в этом не стоило сомневаться. Во всяком случае, приятно было его телу.

По счастью, все это закончилось довольно быстро. То ли у Андрея давно не было женщины, то ли он вообще не обладал той мужской неутомимостью, которой обладал Игнат, но уже через несколько минут Ксения вздохнула с облегчением, потому что он задергался на ней, сильно сжал ее плечи – и замер.

Она полежала еще немного, потом осторожно подтолкнула его снизу. Андрей понял – лег рядом, чуть отодвинувшись. Поцеловать ее он не попытался. Может, не знал, что это нужно. Да ей это было и не нужно.

И вот тут ей наконец стало стыдно. Так стыдно, что щеки занялись пожаром! Чем ответила она на его чистый порыв, которого он не умел выразить словами, но который в глазах его стоял так ясно, что растаяло бы даже ледяное сердце? Какими-то пустыми, бесчувственными движениями, которые не в сердце у нее родились, а только в голове! Да и может ли что-нибудь рождать ее сердце?

– Прости меня, Андрей, – глухо, сквозь вставший в горле ком, проговорила она. – Прости, если можешь."

"– Не надо так говорить. – Он положил руку ей на голову, пошевелил пальцами. Как будто хотел погладить, но не решился. – Может, мы с тобой не все знаем.

– Что – не все? – не поняла Ксения.

– Зачем все нужно, этого не знаем. У саамов есть такие камни, называются сейды. Зачем они лежат, простые люди не знают. Говорят, они судьбу предсказывают. Люди им молятся поэтому. А может, они для чего-нибудь другого появились. Так и мы с тобой. Не знаем, для чего встретились.

Едва ли ему были привычны отвлеченные рассуждения: он говорил медленно, подбирая слова. И глаза у него стали растерянные. Потом он отвел глаза и встал, неловко прикрываясь одеялом. Ксения отвернулась, чтобы не смущать его, пока он одевался.

– Куда же ты пойдешь? Ведь ночь…

Она сказала это, услышав, как звякнула дверная щеколда; Андрей уже стоял у двери.

Слова ее прозвучали вяло. Ей не хотелось, чтобы он остался.

– Ничего, – сказал Андрей. – Зимой у нас всегда ночь.