Азарт среднего возраста

Наверное, основательность, которая была в ней главной, не могла меняться с течением жизни. Александр не знал, хорошо это или плохо. Но сейчас ему не хотелось об этом думать.

– «Петра Первого» вспомнил, – сказал он.

– Чего это вдруг? – удивилась Юля.

– Не самого его, а книгу. Как он с женой в первую брачную ночь курицу ел.

– Ну, у нас с тобой медовый месяц прошел вроде. Да и брачная ночь когда еще выдастся, – вздохнула она.

Вздох ее был таким искренним, что Александр не улыбнулся уже, а расхохотался.

– А чего нам ночи ждать? – сказал он. – Или ты днем стесняешься?

Отвечать Юля уже не стала.

Да и что тут было отвечать? Александр притянул ее к себе, и она с готовностью подняла подол юбки.

Глава 16

Метель успокоилась ночью, а утро уже встречало солнцем, и деревья больше не казались унылыми – сияли разноцветными искрами в счастливом зимнем уборе.

«Ничего себе! – подумал Александр, открыв глаза и сразу прищурившись от ударившего в них яркого солнца. – До обеда проспал, что ли?»

В доме было тихо, как после праздника. Да вчера ведь и в самом деле был праздник – Верина свадьба. А сыновья ее мужа, наверное, уже в школе, вот и тихо.

Или не в школе даже, а в детском саду?

Александр вспомнил все подробности Вериного замужества, и вчерашняя оторопь повторилась снова. Что она будет делать с этими чужими детьми, маленькими детьми? Сейчас-то она, видно, влюблена, а что будет, когда пройдет этот первоначальный восторг и чувства войдут в обыденные берега? Откуда тогда брать силы на то, чтобы тащить этот воз? Конечно, жизнь в его сестре так и кипит, но ведь возраст-то уже не юный…

Вернувшись из ванной, Александр открыл дверь эркера.

Холода он не боялся – не зря же они с Верой пошли в отца, северная порода, – и с удовольствием вдыхал сухой морозный воздух.

– …и они клубились, – вдруг услышал он голос Павла Николаевича. – Клубились, как жар.

– А огонь? – Это был уже Верин голос. – Огонь в них был?

– Огонь тоже был. Прямо из облаков вырывался. Такие, знаешь, языки пламени.

Голоса доносились из окна спальни. Вера тоже приоткрыла его, ведь и она не боялась холода. Выходит, и ее муж холода не боится.

Вообще-то неловко было прислушиваться к разговору, явно для чужих ушей не предназначенному.

Но что-то было в этом разговоре такое, что заставило Александра не только не закрыть дверь эркера, но даже подойти к ней поближе.

– Страшно тебе было? – спросила Вера.

– Не-а. Наоборот. Притягивало очень.

– Почему?

– Потому что они как экран были, облака эти. На них лица отражались, люди, движения какие-то необыкновенные. Но это особенная необыкновенность была. Непонятно говорю? – спохватился Киор.

– Очень даже понятно. Ну-ну, и что?

В Верином голосе звучал неподдельный интерес.