Бальмануг. Невеста

– Кто менял воспоминания Хелен? – тут же спросил он, тоже развернувшись к Аяру.

– Не об этом сейчас нужно переживать, эйр Лернавай, – хмыкнул Рилминег. И опять глянул на авайна. – Мальчик жив?

Тарохафинд промолчал, не снизошел до ответа.

– Надеюсь, что до сих пор жив, – сам продолжил Рилминег. – Сейчас ему должно быть примерно лет... пятнадцать? Второй этап проявления и основной пик развития магических талантов у человеческих детей. Но кто в ваших лесах обучал юного мага? Умеет ли ребенок сдерживать проснувшиеся потоки? Что у него, кстати, огонь? И если он пошел характером в Джеса, то... он вам там половину Леса еще не спалил? А если хоть на половину в мать, то... нет, у меня даже не хватит воображения представить, что может сотворить маг-подросток, похожий на Кристен, но без должного человеческого воспитания в строгости. Поскольку его воспитывали авайны... Это... это ж ракасова смесь, наверное, вышла! Вы, случайно, не поэтому бросились опять искать семейство Бальмануг? Чтобы вернуть им их отпрыска, с которым теперь не можете справиться?

– С юным иссом мы справляемся, не переживай, – процедил авайн, своим ледяным бледно-зеленым взглядом прокалывая слишком разболтавшегося Рилминега. – Но люди так слабы... и так внезапно смертны бывают. Вам лучше поторопиться с возвращением камня... или самой Хелен. Тем более что разговоры о странных способностях девицы разошлись далеко. И для ее же безопасности девушку лучше увезти, пока другие Старшие семьи до нее не добрались. Что я собирался сделать в рамках договора для сохранности ее жизни!

Хелен, пришибленная открывшимся новостями, откинулась на спинку кресла и потерла занывшие виски.

У нее есть брат! Которого выкрали еще младенцем и воспитали авайны в Лесу... ""Как какого-то Маугли, только в стае длинноухих высокомерных убийц? Что могло вырасти из ребенка среди этих ужасных высших авайнов, у которых своя мораль? А там были другие люди, чтобы хоть так брат не был одинок? А..."". Вопросов было много, но кто на них ответит.

ГЛАВА 25

– Значит, у меня есть брат, – протянула Хелен, глядя на сидящего авайна, в его холодные светлые глаза. – А вы его забрали...

Как же она злилась на этого ушастого гада! Из-за них все эти проблемы случились: семья лишилась в начале ребенка, потом титула и положения, затем и жизней...

– Мою мать тоже вы убили?

– Зачем нам пачкать об нее руки? – Задрал выше свой эталонный нос авайн. – Не у нее был камень.

Лернавай повернулся к Хелен и осадил ее:

– Держи себя в руках, Бальмануг!

– Но кто-то же убил моих родителей! – огрызнулась девушка.

– Успокойся! Дыши медленнее, – цедил Лернавай и вокруг него стал наливаться едва заметный серебристый щит."

"Кончики пальцев ужасно запекло, а ладони чесались.