Бархатистые прикосновения

Карен зажмурилась и потерла глаза, решив, что все еще не проснулась. Армина рассмеялась. Карен открыла глаза и обмерла: перед ней стоял человек, портрет которого висел на самом видном месте в картинной галерее усадьбы. Это был сам маркиз, горделивый красавец лорд Бернет, владелец имения, в котором она нанялась разбирать библиотеку.

Маркиз скрестил руки на груди, выпрямился и, широко расставив ноги, смерил ее холодным изучающим взглядом, от которого у нее мурашки поползли по коже. В его позе было столько самодовольства, надменности и самоуверенности, что ей стало не по себе. Она поняла по его глазам, что он догадался, чем они с Арминой занимались до его внезапного прихода. Маркиз насмешливо усмехнулся и спросил, глядя на обнаженные груди Карен:

– Кто вы?

– Карен Хейуорд, - пропищала она, покраснев до корней волос. Слава Богу, маркиз не видел этого в темноте. Ягодицы и срамные губы ее сжались, она прикрылась одеялом и потупилась, чувствуя, как шумит в ушах кровь.

– Мы с вами незнакомы, не так ли? - спросил, вскинув густые брови, Мэллори.

Карен спустила ноги с кровати.

– Только заочно. Я помощница Тони Страуда, архивиста.

Одеяло выскользнуло на ее дрожащих пальцев на пол, разгоряченное тело обдало волной свежего утреннего воздуха. Занавески на окне зашевелились, и краем глаза она увидела, что занимается рассвет. Темнота в комнате обрела лиловый оттенок. Желая прикрыть наготу, Карен наклонилась, забыв, что зад у нее голый. И когда она, спохватившись, схватила одеяло и прикрыла им срам, то залилась густым румянцем.

Ловкий и сильный, словно пантера, маркиз улегся на кровати рядом с Арминой и непринужденно обронил:

– Ах да, вот теперь я вспомнил! Тони говорил мне о вас. Вы давно здесь?

– Я приехала только вчера, - промямлила Карен, проклиная и себя, и Тони, и Армину. Вот так успешное начало карьеры! Что подумает о ней маркиз?

Армина осоловело улыбнулась и погладила рукой маркиза по его толстому стволу. Карен охватили противоречивые мысли и чувства, она окончательно смутилась. Впрочем, этому не следовало удивляться, Мэллори мог смутить любую женщину, даже многоопытную и самоуверенную. К собственному стыду, Карен обнаружила, что не в силах отвести взгляд от маркиза - от него исходили та фатальная мужская сила, обаятельность властной личности и то благородство, устоять перед которыми было невозможно."

"Он был обезоруживающе хорош собой, этот брюнет с непослушной прядью волос, спадающей на лоб, янтарно-карими глазами, широкой грудью и мощными плечами и руками. На нем была льняная белая сорочка, мускулистые ноги обтягивали белью брюки. Вспомнив рассказ Армины о чудесах, которые творит этот новый Геракл в постели, Карен затрепетала и почувствовала, как увлажнилась промежность.