Бастард Винтерфеллский

Но нет, он просто стоял у подножья трона и терпеливо дожидался прибытия нашего тогда еще не светлейшего короля Роберта.

– Он всегда был верен своему долгу.

– Долг, долг, долг… – повторял Джейме, будто пробовал на вкус. – Как много в этом слове. Долг перед верой, страной, народом… Перед собой. Соблюдай обеты, живи в страхе перед богами. Ты понимаешь, мальчик, сколь многого мог бы достичь человек, не облекай он сам себя в рамки, выдуманные обществом? – он повернулся ко мне, и я увидел странный блеск в его глазах. – Если бы он не запрещал сам себе делать, что, возможно, считает правильным? Любить, кого пожелает, не страшась последствий?

Как-то уж слишком откровенно это прозвучало.

– Это монета о двух сторонах, сир Джейме. Безумный Король делал, что желал – и к чему это привело?

Цареубийца ненадолго призадумался.

– Может, и так. Во всяком случае… – он встал напротив, почти вплотную. Его смешливые зеленые глаза будто просвечивали меня насквозь. Я замер, как кролик перед удавом.

– Хочу дать тебе один совет. Столица – очень опасное место… Особенно для тех, кто сует нос не в свои дела. Но, – он выдержал небольшую паузу. – Я искренне рад, что покой государства теперь охраняют такие сильные и верные люди, как ты."

"Его тон был вполне серьезен, но выражение на лице... Он похлопал меня по плечу и вернулся на свое место.

9. «Ложка дегтя»

Наступало утро.

Все еще спали, и лишь я бодрствовал, ворочаясь и так, и эдак. Прошло уже несколько недель после прибытия в столицу, и на фоне общего напряжения в связи со сменой обстановки, участившимися караулами, все ритмы и фазы здорового сна сбились окончательно. Волчьи сны довершали картину. Все чаще, засыпая, я заново открывал глаза – но уже другие.

Пребывание в теле лютоволка вовсе не шло мне на пользу. Обычно сдержанный и хладнокровный, теперь я начинал чувствовать какие-то совершенно чуждые моей натуре импульсивные порывы. Убить. Растерзать. Съесть. После каждого пробуждения мир казался неполноценным. Лишенным части вкусов и запахов, красок и звуков, эмоций. И это откровенно пугало.

Стараясь не шуметь, я быстро оделся. Я взял лук и колчан, и начал пробираться к выходу. У дверей башни я встретил сонного Десмонда.

– Что, опять не спится? – зевая, спросил он.

– Вроде того.

– Может, тогда сменишь меня? А я пойду подремлю?

– Достоишь, не развалишься. Мне еще вечером заступать.

– Как знаешь. Но если что – я здесь.

Новый день встретил меня буйством красок и криком чаек. Вот где надо жить, а не кутаться в меха и мерзнуть на краю света. И ведь я еще не наблюдал местную зиму. Жить несколько лет в кромешной тьме, ежедневно прокапывая норы в навалившем по самые зубцы снегу, просто ради того, чтобы добраться от спальни до обеденного чертога – удовольствие довольно сомнительное, как по мне.