Бастард Винтерфеллский

Мои навыки пока не позволяли на равных состязаться с такими, как Энгай и Джалабхар Ксо.

– Но почему? Ты же говорил…

– Про риск?

– Да.

– Рисковать есть смысл лишь тогда, когда имеется реальный шанс на успех. Удача тут не поможет.

И тут Сансу понесло: она начала рассказывать про добрых сиров, удачливых пиратов, про Джейме, победившего на турнире в тринадцать лет. Какое-то время я с улыбкой на устах слушал ее душевные излияния, а потом ответил:

– Жизнь – это не восторженная сказка про рыцарей в сияющих доспехах, которым все удается только потому, что добро должно всегда побеждать.

Она нахмурилась, не отрываясь от своего занятия.

– Ты очень странно говоришь.

– Когда-нибудь вы поймете.

«А может, и не поймешь. Хорошо, что у тебя есть я – дурак, который по доброте душевной хочет избавить всю вашу семью от жестокой книжной участи».

Какое-то время мы пребывали в молчании, и я решился спросить:

– А как же вы? Не ожидал встретить вас здесь в такую рань.

– Я… – Санса замялась, а потом встала. – Мне нужно идти, – она скрылась меж густых зарослей.

Ну и ладно. Я вытащил из кустов деревянный щит с нарисованной на нем углем круглой мишенью, прислонил к корням.

Я прекрасно понимал, почему Санса так относится к Джону. Что растили, собственно – то и получили: маленькую вежливую леди, что живет мечтами о высоком и прекрасном. Советы угрюмого братца-бастарда ей тут никоим боком не уперлись. Да и личная неприязнь матери сыграла не самую последнюю роль.

Но сознание четырнадцатилетней девочки – весьма мягкий и податливый материал, которому еще не поздно придать совершенно иную форму. Будь у меня возможности и время… Я бы мог переломить ее мировоззрение на корню. Даже без шоковой терапии имени Джоффри.

Еще какое-то время я превращал мишень в подушечку для булавок. Когда солнце бросило первые лучи в богорощу, я пошел на завтрак. А дальше наступила дневная рутина.

***

Через неделю начались турнирные мероприятия. Роскошные павильоны, тысячи зрителей, множество яств и вина. Сотни рыцарей, воинов и стрелков принимали участие в различных дисциплинах.

Все это великолепие продолжалось три дня, и сегодня проходил последний. Я сидел на трибуне неподалеку от короля и десницы. Как и вся гвардия, я приоделся в новые, только пошитые одеяния в цветах дома Старков – лорд Эддард не поскупился одеть своих людей как подобает охране второго лица в государстве. Шерстяной плащ перехватывала серебряная застежка в виде руки.

Сначала проходил рыцарский турнир, после – соревнование стрелков, и под конец дня произошла общая схватка.

Да, я не принимал участия… Но кто сказал, что я не могу делать ставки? Тем более, я знал победителей.