Батарейка для арда (СИ)

— Что там у тебя такое смешное? — благодушно и без задней мысли поинтересовался Рэй.

А я взяла и просто протянула ему терминал, услужливо пролистав до того момента, с которого дискуссия началась. В конце концов, это все-таки его фотография! А убьет, ну… зато быстро и наверняка!

Мимика у арда оказалась весьма выразительной. Черные брови поползли вверх, символизируя крайнюю степень изумления, а потом серые глаза оторвались от терминала, вперившись в меня, и я принялась медленно отползать, пока не уперлась позвоночником в спинку кровати.

— Куда же ты, Линетт Келли? — зловеще произнес ард, делая шаг вперед. — А ну иди сюда!

Я отчаянно замотала рыжей головенкой, но потом все же уточнила на всякий случай:

— А зачем?

— Как зачем? — деланно удивился ард и, подцепив край собственной футболки, стянул ее через голову.

Я прикрылась подушкой — только глаза сверкают поверх нее, и подобрала под себя ноги. Рэй щелкнул пряжкой ремня и взявшись за пуговицу на джинсах весомо сообщил:

— Прайс устанавливать будем!"

"На следующий день звонок в дверь раздался, когда я, отжав у Рэя игрушку, активно боролась за ГранПри против жестокого и беспощадного искусственного интеллекта (против арда я бороться отказалась, потому что он оказался еще более жестоким и беспощадным, чем ИИ). В ушах ревел мотор, перед глазами бешено петляла трасса, так что самого звонка я, собственно, не услышала. Только заметила краем глаза, как лениво развалившийся в кресле Рэй, потягивающий сок прямо из упаковки и почесывающий за ухом вскарабкавшегося на живот кота, встрепенулся, бережно переложил комок шерсти на подлокотник и встал.

Любопытство пересилило, и я под грохот влетевшей в перекрытия на полной скорости машины, стянула шлем с головы, чтобы услышать негромко брошенное: «Заходи».

Довольным оно не было.

Долго задаваться вопросом, кого там нелегкая принесла мне не пришлось. Негромко щелкнула, открываясь, дверь, а потом прозвучало радостное «Рэй! Боже, как ты?» и звуки, по моему мнению, означавшие, что кто-то бросился кому-то на шею. Долгий истосковавшийся поцелуй нарисовало уже мое буйное воображение.

— На кухне поговорим.

Вопреки этим словам, тяжелые шаги двинулись в сторону гостиной, и я торопливо натянула шлем обратно и не глядя ткнула в кнопку рестарта гонки.

Рэй посмотрел на меня, увлеченно сшибающую придорожные столбики, ничего не сказал, и снова исчез.

«Тебя это не касается, Линетт,» — строго произнесла я мысленно. «Тебя это совершенно и ни в коей мере не касается».

Все же зря меня родители на педагогику пихнули! Моего воспитательного таланта даже на саму себя не хватает, что уж о детях говорить…

Потому что через несколько мгновений, забытый шлем и пульт валялись на диване, а я крадучись выглянула в коридор.