Грубиян на одну ночь

— Ты ведь капучино пьешь?

Не помню, когда мы перешли на “ты”.

— Иногда.

— Так… какие у нас сегодня планы? — меняет он тему.

— Десять утра, Матвей, — поясняю ласково. — Пока никаких.

— Да уж, — посмеивается он. — В городе скука смертная, не Москва. Ничего не происходит.

— Тебе так кажется, — заверяю его.

Как бы то ни было, в городе мне никогда не было тесно, а восьмилетний опыт работы в журналистике научил, что всегда что-то где-то происходит. Главное это продать.

— Маргарита Максимовна… — за спиной Матвея вырастает Степан, офисный водитель.

Ура!

Запыхавшись, кладет на стол ключи и документы от моей машины.

— Вот… Все сделал. Машину забрал. Припарковал прямо у входа…

— Степочка, — мурлычу. — чтобы я без тебя делала! Буду должна…

— Ну что вы, Маргарита Максимовна, — краснеет еще больше. — если что надо, только скажите.

Послав ему благодарную улыбку, сгребаю в сумку ключи и документы.

— И… это… — застенчиво лепечет Степа. — Отличный выбор.

— Спасибо, — бормочу.

Отличный выбор, чтобы встряхнуть мое “любимое” болото.

— А что с машиной? — тянет Матвей.

— Ничего, — отрезаю, не желая вдаваться в подробности того, почему моя машина два дня подпирала забор Влада Калинкина.

Во-первых, мне некогда было ее забрать, а во-вторых…

Прикрыв глаза, делаю медитативный вдох.

Просто в задницу все. Безмозглого капитана Стрельцова туда же.

Здоровенный неотесанный чурбан. Кретин.

— Да? — срываю с рабочего телефона трубку.

— Зайди, — слышу отрывистую команду.

Положив на место трубку, встряхиваю прилипшие к затылку волосы и встаю из-за стола.

Две минуты спустя вхожу в приемную гендиректора городского телеканала, отвесив его секретарше слащавое “доброе утро”.

— Садись, — шевелит губами Миллер, указывая подбородком на стул.

Рассевшись в своем кресле, мой руководитель прижимает к плечу ухом телефонную трубку.

Обойдя трехметровый стол для переговоров, опускаюсь на стул и кладу ногу на ногу.

Охлажденный кондиционером воздух его “апартаментов” посылает по моей влажной коже мурашки. Скользнув глазами по широким мужским плечам, одетым в белую рубашку, отворачиваюсь к окну.

Годы Дмитрия Миллера не испортили. Выглядит отлично.

Глубоко, где-то очень глубоко в сердце сжимается капризный участок. Тот, который отвечает за память, видимо.

Полгода назад, когда Дмитрий Миллер объявился в редакции в качестве нового гендира, меня чуть не стошнило прямо на стол.

В восемнадцать мы с ним трахались везде, где приспичит. В основном на заднем сидении его пижонской тачки. Я была влюблена, он говорил, что тоже. А потом он сходил в армию, вернулся и женился на моей подруге. С тех пор у меня нет подруг.

Сейчас Дима — глава семьи, красавец-мужик и успешный руководитель.