Беркут (Щегол-3)

Поэтому-то и уезжаю остывать в единственной компании, в которой мне комфортно и воевать, и тренироваться, и отдыхать. На этом все, счастливо оставаться.

Юноша сдаваться не собирался, вот и начал предлагать что-то еще, но переполнил чашу терпения девушки и заставил ее недобро оскалиться:

— Болеслав Янович, одного горе-ухажера, отказывавшегося понимать слово «Нет», я только что поломала. Вы жаждете стать вторым?

Под прозрением потенциальный «второй» светился чуть ярче Светы, и я счел необходимым вмешаться:

— Всех следующих поломаю я. На правах командира группы.

Вернее, проведу пару-тройку боев по крайним правилам: как показывает опыт, перспектива умереть лечит даже самую застарелую навязчивость.

Студент изумленно выгнул бровь, величественно повернулся, оглядел меня с головы до середины груди, наткнулся взглядом на Георгиевский крест и как-то резко увял. Вот я и забыл о существовании этого красавца — помог Уфимцевой надеть пиджак и дубленку, дал команду начинать движение и повел спутниц к ближайшему выходу…"

"…Добраться до машины удалось не без труда — желающие пообщаться с одногруппницей, знакомой, знакомой друзей или «победительницей такой красивой дуэли» цеплялись к Свете почти на каждом шагу и так или иначе, но отшивались.

Меня это особо не задевало, Олю — тоже, а Уфимцева потихоньку закипала. Но сорваться на очередном желающем рассыпаться в поздравлениях ей не дала Дайна, устами Иришки выдав забавную фразу:

— Солнце, представь, как обломается вся эта толпа, когда узнает, что ты перевелась на вечерний и уехала из Новомосковска в какую-то глухомань!

— Ага: сейчас они уверены, что ты никуда не денешься… — продолжила моя благоверная.

— То есть, появишься на лекциях завтра-послезавтра, и все вернется на круги своя. А хрен!

— Точно! — злобно хихикнула страдалица, с моей помощью забралась на правое заднее сидение «Бурана» и от избытка чувств потянула на себя и без того закрывавшуюся дверь. Пока я ухаживал за остальными девушками, сняла дубленку, достала телефон и со вздохом заявила, что ей надо позвонить отцу и рассказать о дуэли.

— Неправильный подход… — проворчала Иришка, опустила спинку кресла второго ряда и

выдернула из держателя мобильный терминал.

— Сейчас я немного поколдую с записями камер нашего «Бурана» и моего телефона — и ты сможешь отправить батюшке видеоотчет, к которому не придерется даже Лев Абрамович Фридман! Кстати, Игнат, а тебе не надоело перекладывать эту МТ-шку из машины в машину?

— Надоело… — кивнул я.

— Ну, так позвони Паше и закажи ему еще штук пять-шесть!

— Пятую подарим Веретенниковой, а шестую — Уфимцеву… — добавила она же через гарнитуру еще до того, как мне стало любопытно, зачем нам так много МТ-шек.