Беркут (Щегол-3)

Потом вспомнил чем-то понравившуюся «Каплю»,

представил Иришку за ее рулем, представил реакцию водителей-мужчин на «такую красоту» и мы мысленно усмехнулся. А через мгновение заметил, как хищно заулыбались Оля со Светой, быстренько добавил:

— Только звонить типу из «Москвы» сегодня я не стану ни за что на свете.

— На Свете⁈ — «возмутилась» моя благоверная и устроила небольшую, но очень веселую сцену ревности. Закончила показательным «удушением» и… отказалась слезать с моих коленей. А это дуракаваляние вдруг сподобило Уфимцеву озвучить убийственное решение:

— Народ, закинете меня послезавтра в Академию на часик-полтора? Я хочу перевестись на вечерний.

— Зачем?!!!

— Перестала видеть смысл в очном обучении: на ежедневные поездки по Новомосковску, вечно стоящему в пробках, и беготню по корпусам тратится слишком много времени. Предпочту тратить его на тренировки, заплывы в море, регулярные рейды в Пятно и занятия на автодроме. А учиться буду по Сети. Во послеобеденное время. И два раза в год мотаться в столицу на сессии.

— А папа против не будет? — практически одновременно спросили мы с Олей.

Уфимцева отрицательно помотала головой:

— Нет.

Он считает, что я имею право строить свою жизнь так, как считаю нужным, и научил не только брать на себя ответственность за свои решения, но и отвечать за последствия.

— Сообщить ему о своем решении все равно надо… — твердо сказал я, хотя понимал, что эта девчонка дурить не будет. И как в воду глядел — она поймала мой взгляд и мягко улыбнулась:

— Игнат, ты чего? Я ж его и безумно люблю, и по-настоящему уважаю. Поэтому позвоню. Часов после одиннадцати — он в это время как раз закончит рабочее совещание…

Глава 16

3 февраля 2513 по ЕГК.

…Четыреста сорок метров от выезда с территории Южного вокзала и до поворота на Семеновский проспект мы ползли пятьдесят две минуты! Почему? Да потому, что следом за потеплением до плюс четырех, радовавшим жителей столицы всю среду и четверг, пришли морозы за тридцать пять градусов и к утру пятницы превратили улицы Новомосковска в один огромный каток. Вот народ и бился со страшной силой — только на этом участке пути мы насчитали девять аварий разной степени серьезности, а карта города в интерпретации навигатора горела красным почти целиком.

— Чувствую, что ни в какой театр мы вечером не попадем… — в какой-то момент предрек я и вызвал у Светы веселый смешок:

— Да нет, часов через шесть-восемь движение вернется в норму.

— Не верю! — воскликнул я.

— А зря! — ухмыльнулась она, протиснулась между передних сидений и изменила масштаб карты на экране ИРЦ так, чтобы я смог увидеть «дальнюю» часть Семеновского проспекта: — Крупные автомагистрали «сушат» еще с ночи здоровенными тепловыми пушками на базе армейских грузовиков «Мамонт».