Бесноватый цесаревич

Но, к моему глубочайшему удивлению, происходил он из знатного новгородского рода и был вполне себе русским человеком. Светловолосый, голубоглазый, с явно спортивной фигурой, достаточно высокий для этого времени. Думаю, Филипс разбил не одно женское сердце, на чем, впрочем, и погорел. В общем, залез наш герой в койку жены местного помещика. Более того, был пойман на предмете своего вожделения разгневанным мужем. Но Петя оказался парнем неробким и, вместо того чтобы бежать с поля боя, слегка поколотил этого самого помещика по фамилии Мартьянов. Сам помещик был человеком не особо уважаемым в новгородском обществе.

Склочник и кляузник, вечно с кем-то находящийся в конфронтации. Но именно здесь гнилая сущность рогоносца сыграла свою роль. И если соблазнение жены Мартьянова (хотя там еще вопрос, кто кого затащил в кровать) преступлением вроде не является, то избиение дворянина – это уже дело наказуемое. Благородный человек вызвал бы Филипса на дуэль. Умный, но трусливый не давал бы ход делу, а решил свои семейные проблемы без огласки. Мартьянов же подал жалобы губернатору и фон Миллеру. Если бы не приезд Александра, то местная публика обсуждала бы именно это комическое событие. Губернатор с полковником обязаны были отреагировать, и Филипса посадили на гауптвахту. Судя по опухшему лицу, последние дни он пил. Скорее всего, дело бы закончилось выплатой компенсации рогоносцу и переводом офицера в действующую армию. Но пока дело подвисло, в связи с приездом наследника.

Мне же Петр был интересен как человек физически очень сильный, более того, сам придумывавший разного рода занятия для повышения выносливости солдат. Старший Фитцнер отмечал, что Филипс человек умный, с оригинальным мышлением.

Но периодически в него вселяется бес, и с ним происходят разнообразные истории. Не мог я обойти стороной такого кадра. Вселившиеся бесы – это наше все!

– Не буду ходить вокруг да около. Есть у меня идея создать особый взвод при нашей роте. В последующем это будет рота при батальоне или полку. Основная задача нового подразделения – это действия в тылу армии противника, уничтожение обозов, нарушение связи, захват «языков» и прочие диверсии. Дело это нелегкое и неблагодарное, с учетом общих настроений среди нашего офицерства.

В методах рота стесняться не будет. Поэтому сразу говорю, что разного рода чистоплюям и зараженным идеями рыцарства с нами не по пути.

По мере моего рассказа опухшее лицо прояснялось, и Филипс даже подался немного вперед. Мои идеи явно ему понравились, значит, будет во взводе еще один офицер. Богдану Фитцнеру, которого я пока назначил временным командиром десятка, тоже пришлась по душе идея такого подразделения.

– Здесь даже думать нечего, ваше высочество, я согласен, – ответил Петр.