Бесноватый цесаревич

Как в такой одежде умудряются воевать, причем успешно? У Павла вроде был пунктик по поводу треуголок, кроме них ничего носить было нельзя. Надо обдумать, как повернуть армейскую моду в сторону комфорта и простоты. Хотя бы разделить полевую и парадную форму. Заодно и женскую моду подтолкнуть к более простым решениям. Нижнее белье ничем не лучше одежды. Мужчины носят длинные кальсоны, а женщины надевают какое-то безумное количество нижних юбок. Понятно, что речь идет о дворянах. Что носят крестьяне, я даже думать не хочу."

"Чем хороша дорога, так это возможностью нормально подумать. От кареты я отказался принципиально. Ехал верхом налегке, небольшую часть вещей везли запасные лошади. Возок с гардеробом и прочими нужными вещами должен был прибыть через пару дней. Со мной выехали Дугин, Руппрехт и сопровождение из десятка Лейб-гвардии Конного полка под командованием вахмистра Васильчикова[34]. Дмитрий Васильевич, будучи всего на год старше, оказался интересным собеседником, человеком легким и с хорошим чувством юмора. Сначала он явно был не рад свалившейся на него миссии. Репутация Константина была сомнительная, да и фактическая ссылка тоже играла свою роль. Но постепенно разговорились и проводили в беседах большую часть пути. Я аккуратно вытягивал из кавалериста информацию о конногвардейцах, чем живут другие гвардейские полки. Еще он был чутким и тактичным человеком, когда видел, что я ухожу в свои мысли, не докучал или отъезжал вперед. Руппрехта я нанял как личного учителя фехтования, плюс были у меня на него еще планы по использованию его талантов. Немного позже в Новгород должен был выехать Блок, который решил сопровождать меня.

А подумать было над чем. Все-таки Екатерина гений, одним махом решила все мои проблемы. Мой авторитет у Павла вырастал автоматически, так как я теперь стал неугоден императрице. Для Юли, Александра, Лизы и нашего небольшого кружка я становился жертвой, которая пострадала от несправедливости, что тоже было только в мою пользу. Для многих сановников и лиц, приближенных к трону, я перестал существовать как серьезная политическая фигура. Ссылка в Новгород убирала меня с глаз как света, так и разного рода иностранных шпионов. По большому счету мне дали добро на любые действия, о чем я и помыслить не мог. Вряд ли кто-то понял суть интриги. Ведь таким образом Екатерина давала понять, что поверила мне. В противном случае ссылкой в полк дело бы не ограничилось.

Еще я сам подставился со всех сторон. Вломился как слон в посудную лавку со своими идеями, не учитывая неспешный ритм окружающего мира. Ладно, рассуждения о политике и критика церкви, здесь как раз нет ничего необычного. Молодой и категоричный юноша начитался всяких философов и проявляет бунтарский дух.