Бесноватый цесаревич
У тридцатипятилетнего Константина Романова на ровном месте развалилась привычная и спокойная жизнь. Сначала ушла жена, забрав дочек, затем он потерял работу. В дополнение ко всему его сбила машина. И очнулся он уже в совершенно иной эпохе. Здесь его тоже зовут Константин, и фамилия прежняя. У него даже есть семья. Да еще какая!
Фитцнер нравился мне все больше и больше. Обстоятельный, где-то излишне педантичный, но очень здравомыслящий молодой человек. Крапачев более поверхностный и эмоциональный, но он и младше на четыре года. Радовало, что оба моих сослуживца не лебезили, но держали определенную дистанцию. А то насмотрелся я при дворе на некоторых жополизов, просто тля в людском обличье.
– Соглашусь с вами, ибо такие тонкости мне неведомы.
– Вы слышали о происшествии с бароном фон Толем[38]? – задал вопрос Крапачев. – Говорят, он получил назначение в качестве командира нашего полка.
После хорошего глотка вина прапорщик продолжил знакомить нас с новостями.
– Значительное изменение ждет ожидающих повышение офицеров и чиновников. Теперь вводится обязательный срок между повышением в звании, минимум в два года. Время может быть уменьшено только в условиях войны. Интендантов и прочих нестроевых офицеров это не касается, у них будет особый ценз. Только по представлению командующего и в случае подтверждения всеми обер-офицерами полка будет положено повышение.
"Теперь не будет двадцатилетних генерал-аншефов и паркетных фельдмаршалов, увешанных орденами, ни разу не нюхавших пороха. Для подтверждения полученных ранее званий необходимо отслужить в армии не менее двадцати лет, в противном случае все заслуги будут аннулированы. Исключение только для тех, кто уволился из армии по ранению.














