Без любви не считается

Закрываю их и, прихватив пакеты, поднимаюсь на крыльцо. Диана стоит внутри дома, придерживая дверь одной рукой. Ее волосы блестят в белом свете потолочной лампы и развеваются от уличного ветра, что бьет мне в спину. На шее заметны розовые следы наших недавних поцелуев, а под тонкой тканью топа проступает то ли возбуждение, то ли реакция на прохладный воздух. Похоже, она права. Нам нужно переспать, потому что я очень хочу, чтобы мозг уже протрезвел от этой пьянящей сучки.

– Спасибо, – говорю я, переступая порог.

Диана молча отходит и наклоняется, чтобы расстегнуть ремешки на сандалиях.

Каждое ее движение кажется сексуальнее предыдущего. Психушка по мне уже не просто плачет, она бьется в истерике. Стягиваю с ног кроссовки и убираю их в шкаф для обуви, сжимая в одной руке бумажные пакеты, аромат от которых болезненно сводит желудок. За спиной слышатся мягкие удаляющиеся шаги, и я оборачиваюсь, напрочь забыв о голоде. Диана оглядывается, остановившись у прохода на кухню, и прижимает подбородок к плечу:

– Ты идешь? Есть хочется.

Тревога зарождается где-то на подкорке. Черт возьми, я не успеваю перестраиваться! Можно помедленнее?! За последний час Диана умудрилась поцеловать меня, завести, наорать и вывести.

А теперь она проголодалась? Моими мозгами она не наелась?!

– Ты ведь ничего не хотела, – хмыкаю я, шагая вперед. – Я взял только себе.

– Поделишься!

– А что за тон?

– Марк, отвали, – шипит Диана и входит в комнату, зажигая свет. – Ты не в настроении для секса, а я – для флирта.

– Не будет флирта – не будет секса.

– Да не сдался ты мне! Я хочу картошку и котлету из бургера!

Не могу сдержать нервный смех. Диана поджимает губы, резко втягивая носом воздух, и тычет в меня пальцем:

– Ну вот что ты ржешь, а?! Расскажи мне, вместе посмеемся!

Качаю головой и ставлю пакеты на середину стола:

– Бери, что хочешь.

– Я уже сказала, чего хочу. А может, и нет. Не знаю. И где соусы? Ты взял кисло-сладкий?

Диана роется в пакетах, а я наблюдаю за ней, склонив голову. Мелкий закипающий чайник, одно неосторожное движение, и можно обжечься, но… как она там сказала утром? Она не ссыкло? Вот и я тоже. Подхожу ближе, движения Ди замедляются, а плечи напрягаются. Ныряю рукой в пакет и достаю коробочку с соусом.

– Взял, – говорю я.

– Лучше бы меня уже взял, – продолжает бурчать она и выхватывает соус. – Это барбекю, Марк! Ты что, слеп…

Диана оказывается на столе быстрее, чем успевает закончить. Сжимаю ее талию и наклоняюсь к лицу:

– Ты орать прекратишь?

– Прости, – тихо произносит она. – Мне это тоже не нравится. Правда. Давненько меня уже так не накрывало.

– Но тебе нравлюсь я, и ты хочешь нравиться мне, только не чуть-чуть, а… – Вспоминаю ее разрывной диалог в машине и не могу сдержать очередную волну смеха.