Без любви не считается

– Ты не поняла…

– Марк, я еду к Дарине перемывать тебе кости. Не подкидывай мне новых тем для размышлений, я еще со старыми не разобралась.

Порывистый смешок слетает с его губ, чашка исчезает из моих пальцев, и я получаю короткий поцелуй с терпкой горчинкой, на который не могу не ответить. Всего миг. Одно касание с встречной волной чувственности в свистящем выдохе. Сердце берет невиданный разгон, и я через силу отстраняюсь. Ну почему… почему я не могу реагировать спокойно? И какого черта он через каждые две минуты лезет с поцелуями?!

– Значит… ты едешь к подруге, с которой…

– С которой вы занимались сексом, – резко заканчиваю я.

– Ну да, – кивает Марк, глядя в пустоту. – И вы будете обсуждать меня? Говорить о том, как сильно я тебе нравлюсь?

– Или о том, какая ты сволочь.

– Кхм… звучит немного…

– Тебе понравилось? – вопрос срывается с моего языка, оставляя после себя неприятное покалывание.

– Что? – опасливо уточняет Марк.

– Та ночь, что вы провели.

– Боюсь, я в любом случае отвечу неправильно.

– Ответь честно.

– Было… м-м-м.. – неторопливо тянет он, словно ступает по минному полю.

– Ты бы повторил?

– Не думаю.

– А если бы не было меня?

– Ох, черт! Хорошо хоть ты без ствола. Ди, сбавь обороты.

– Я пытаюсь, – цежу сквозь зубы. – Все, мне пора.

Отхожу к входной двери и надеваю сандалии, все еще чувствуя на себе внимательный взгляд.

– Попахивает очередным коварным планом, – говорит он.

– Тебе страшно?

– О да, еще как.

– Тогда советую до конца дня придумать условия, по которым ты будешь готов вернуть кольцо.

– А тебе не страшно? – с веселым удивлением спрашивает он.

– До чертиков, – гордо расправляю плечи, – но я не ссыкло.

Марк приоткрывает рот, его густые светлые брови ползут вверх. Широко улыбаюсь и открываю дверь, послав Рождественскому напоследок воздушный поцелуй.

Дарина расхаживает по кухне, вздыхая через каждые три шага, а я лежу на велюровом диванчике, глядя в белый матовый потолок. Хлопает дверца холодильника, разносится глухой стук о мраморную столешницу барной стойки. Приподнимаюсь на локтях и округляю глаза:

– Десять утра! Ты с ума сошла?! Убери это!

Дарина с каменным лицом откручивает крышку на бутылке текилы и наполняет две стопки.

В длинном шелковом халате и с распущенными волосами, рассыпанными по плечам, она напоминает жену олигарха, которая только что узнала, что наконец-то стала вдовой.

– А можно мне чай?

– Сама завари! – бросает Дарина и выпивает одну стопку, а затем и вторую.

Она морщится, прикрывая ладонью рот, и убирает бутылку обратно в холодильник. Тихо смеюсь и усаживаюсь на диване, освободив место для подруги. Кажется, мой рассказ удивил ее сильнее, чем я думала.