Бездна в твоих глазах

Нам нужно расстаться, — чётко проговариваю я, глядя, как меняется его выражение лица.

— Даш, ты серьезно? Уже не смешно."

"— Так и я не шучу, — выдыхаю, сажусь на лавочку и смотрю в сторону детской площадки.

— Даш, — он садится рядом со мной и обнимает за плечи. Замираю, прислушиваясь к себе. И понимаю, что ничего, кроме отвращения, не ощущаю. Он словно выбил из меня все чувства. — Ну куда мы друг без друга?

— Ты в одну сторону, я в другую, — отрешенно отвечаю. И веду плечами, пытаясь сбросить его руку. — Я не люблю тебя и ничего не чувствую. Друзьями остаться не получится, так давай просто разойдемся и сделаем вид, что не знаем друг друга. — Он молчит, но дыхание учащается, а рука на моем плече сжимается все сильнее и сильнее. — Мне больно, — дергаюсь, пытаясь встать, но он удерживает меня на месте.

— То есть это не мои домыслы, ты уже кого-то себе нашла? Что у него? Денег побольше или трахает тебя лучше? Или все вместе? — Молчу, стараясь глубоко дышать. Потому что он уже сам все придумал. Александр не видит своих недостатков, он предпочитает обвинять меня. Так же проще. — Ну что ты молчишь, детка?! — повышает голос, хватает меня за подбородок и поворачивает к себе. — Отвечай! Я же должен знать, на что меня променяли.

— Отпусти! — со злостью проговариваю в его смазливое лицо и морщусь, когда он сжимает мои скулы сильнее, причиняя боль.

— Тебе непонятно сказали? Отпусти! — слышу где-то позади посторонний голос, мы с Сашей оборачиваемся и видим Тимура. Он идет к нам, уверенный в себе, большой и внушительный по сравнению с Сашей. На нем рубашка с закатанными рукавами и распахнутый ворот, за которым виднеется серебряная цепочка. Обращаю внимание на его руки, сжимающиеся в кулаки, а в остальном он выглядит довольно расслабленно.

— Это он, да?! — выплевывает Сашка, отшвыривает меня от себя настолько сильно, что я почти падаю с лавочки, но успеваю вовремя задержаться. Саша подлетает к Тимуру, замахивается, а я соскакиваю с места, чтобы встать между ними. Но не успеваю. Тимур ловко ловит руку Саши и резко ее выкручивает назад с такой силой, что у него хрустят суставы.

— Сука-а-а-а-а, — воет Саша и сгибается к земле, чтобы облегчить боль, но Тимур не отпускает.

— Это из-за него ты «упала»? — спокойно спрашивает он, заглядывая мне в глаза.

— Отпусти его. Мы сами разберемся.

— А с такими отморозками не нужно разбираться. Они слов не понимают, — холодно говорит Тимур и отпускает Сашку, швыряя на асфальт. Вокруг нас собирается детвора, бабушки выглядывают из окон. — Это ты недавно оставил на ней побои? — спрашивает он Сашу, который морщится, потирая плечо и, кажется, не может пошевелить рукой.

— А это не твои проблемы, я со своей бабой разберусь сам! — со злостью выдает Саша.