Бездна в твоих глазах

Даша сначала возмущённо распахивает глаза, а потом пытается уйти. Но я не выпускаю, преграждая ей дорогу. Я буду сегодня не я, если не заполучу это тело. Пока она гневно сверлит меня взглядом, делаю ещё затяжку, вышвыриваю окурок, хватаю ее за талию и под возмущенный вопль вталкиваю в гараж.

ГЛАВА 8

ГЛАВА 8

Тимур

Как только прикасаюсь к этой женщине, мне моментально сносит крышу. Все вокруг исчезает, остаётся только дикое желание ей обладать. Вталкиваю Дашу в гараж, ничего не видя перед собой. Она сопротивляется, что-то шипит, требует отпустить, но я не воспринимаю ее требования. Близость желанного тела напрочь лишает меня рассудка. Прижимаю ее к одной из машин, и мышцы сводит от кайфа.

— Отпусти меня! — так грозно требует она.

— А то что? — усмехаюсь, вдыхая запах ее волос.

— Я закричу! — размахивается, пытаясь дать мне пощечину. Перехватываю одну ее руку, следом ловлю вторую и завожу их за спину, сжимая, фиксируя, чтобы меньше дергалась. Сопротивление Даши заводит ещё больше. Тело горит, кровь кипит, дыхание сбивается. И ведь я ещё ничего с ней не сделал, но что-то внутри уже взрывается от эмоций. Давно со мной такого не было. Эта девочка будит во мне нечто очень горячее, острое, вызывая азарт.

— Конечно, покричишь, моя Лисичка, — шепчу ей на ушко, сильнее вдавливая в капот, понимая, что она чувствует мой стояк.

— Не твоя! — упрямо выдает она, хотя уже почти не сопротивляется, в светло-зеленых омутах появляется дымка, ее тело подрагивает. Плывет моя Лисичка.

— Дело нескольких минут, — усмехаюсь, и ее глазки сверкают злостью. — Не сбежишь больше.

Она пытается ещё что-то возразить, но мне надоедает разговаривать. Впиваюсь в пухлые губы и кайфую от ее вкуса. Всасываю их, вынуждая ее приоткрыть ротик, немного злясь, что Лисичка не отвечает взаимностью. Кусаю нежные губы, грубо, несдержанно, чувствуя, как она задыхается. А потом внутри меня что-то взрывается повторно, оттого что Лиса, наконец, начинает отвечать. Рычу, отпускаю руки и зарываюсь в шелковые локоны. Сжимаю волосы на затылке, а другой рукой веду по желанному телу. Мне кажется, я пьян в хлам и впадаю в эйфорию. Ее руки ложатся мне на грудь, сжимают рубашку, царапают, возбуждая меня ещё больше."

"Подхватываю Дашу под бедра и сажаю на капот «Рейндж-Ровера». Стягиваю бретели с ее плеч, дергаю платье ниже, оголяя пышную грудь, отстраняюсь, чтобы посмотреть, и сглатываю, подавляя стон.

— Лисичка, у тебя шикарная грудь!

Она немного тяжёлая, но упругая, с персиковыми сосками. Даша закрывает глаза и откидывается назад, упираясь руками в капот, словно сдается и отдает мне себя. Наконец-то! Развожу ее ножки, встаю между ними, наклоняюсь и целую нежную кожу на шее, одновременно сжимая грудь. Даша глухо стонет, кусая губы, и обвивает мои бедра ногами.