Бездна в твоих глазах

Хватаю сумку, сначала кидаюсь к двери, а потом останавливаюсь, слыша голоса Тимура и его жены. Ничего не понимаю на английском, но их тональность говорит за себя. В его голосе злость и безразличие, а в ее — истерика. Ему все равно, а ей — нет! Возникает ощущение, что брак фиктивен только для Тимура.

В какой-то момент в доме очень громко хлопает дверь, и голоса стихают. Выглядываю в окно и вижу Амелию, бегущую в сторону ворот. Тимур не идёт за ней, просто останавливается на крыльце в одной куртке на голом торсе, прикуривает сигарету и смотрит ей вслед. На выходе девушка оборачивается, но смотрит не на Тимура, а на меня. Амелия находится довольно далеко, но, кажется, что она смотрит прямо в душу, и я спешу отпрянуть от окна.

Сажусь на край кровати, жду ещё какое-то время, давая возможность Амелии отъехать подальше. А потом хватаю сумку и мчусь вниз. Плевать, что мы за городом, плевать, что у меня нет телефона. Это, в конце концов, жилой район, и я найду, как добраться до дома. Главное быстрее убежать от хищника.

Спускаюсь вниз, быстро надеваю пальто, шарфик, толкаю дверь, но сталкиваюсь с Тимуром. Он хватает меня за плечи, не позволяя выйти.

— Куда собралась?

— Мне нужно домой, — стараюсь говорить равнодушно, но ничего не выходит — голос дрожит. А главное, что помимо злости на себя, я чувствую глубокое разочарование. Словно на что-то надеялась. А я не хочу это чувствовать! Проще было сдаться на милость хищнику, чем продолжать убегать.

— Поговорим? — предлагает Тимур, сильнее сжимая мои плечи. А я не могу смотреть ему в глаза, боюсь опять утонуть в них и попасть под его гипноз.

— Тимур, ты сам понимаешь, что разговоры ни к чему. Все было по обоюдному желанию, мы хорошо провели время, и у нас нет никаких причин выяснять отношения, — сама не верю в то, что говорю. Не узнаю себя. Но так нужно. Не важно, какой у него брак… Важно, что я так не могу…

Он отпускает мои плечи, хватает за скулы, вынуждая смотреть в глаза. Долго смотрит, словно пытается прочесть меня. А я тону в его бездне и понимаю, что Тимур засел гораздо глубже, чем мне бы этого хотелось…

Да мне вообще ничего не хотелось, я желала убежать, но не вышло, увязла, и глубже, чем думалось поначалу. Этот искуситель околдовывает, подкупает своим отношением, ласками и тем, что рядом с ними ничего не страшно, таких мужчин мало. И он не мой…

Тимур ничего не говорит, только дыхание его становится глубже, а глаза темнеют, он сильнее стискивает мои скулы, но я не сопротивляюсь. Тимур закрывает глаза, разрывая наш контакт, и отпускает. Становится холодно и одиноко, но так нужно.

— Подожди десять минут, я отвезу тебя, — отрешённо произносит он и уходит наверх, не дожидаясь моего ответа. А я киваю невпопад и сажусь на тумбу в гостиной. И вроде сама бегу, а внутри что-то протестует.