Безупречная жена

Когда Филипп прижал ее сильнее, она тоже крепче обняла его за шею. Ее ощущения хаотично сменялись, мысли путались, хотелось все теснее прижаться к нему.

Он скользил ладонями по ее спине, потом по бедрам, нежно и вместе с тем твердо. Антония, не в силах противиться чувствам и следуя неведомому прежде возбуждению, которое охватывало ее все сильнее, позволила телу расслабиться. Поцелуй длился и длился, непривычные ощущения все росли, пока не заполнили ее всю. Наконец, сердце ее сжалось и ухнуло вниз. На нее нахлынуло невыносимое желание.

Рука Филиппа легла ей на грудь, и это казалось ей чем-то абсолютно естественным.

Его нежные поглаживания облегчали странную пульсирующую боль. Колени сделались ватными, и Антония повисла на его плечах, обрадовавшись, когда он поддержал ее за талию.

Филипп, не прерывая поцелуя, опустился с ней на парчовые подушки кушетки.

Антония прильнула к нему, одной рукой продолжая обнимать его шею, а другой – поглаживала щеку и подбородок. Своими прикосновениями она словно призывала его не лишать ее этого царства радости.

Филипп ощущал ее робкие ласки и, угадывая их смысл, старался утолить ее невинную жажду нежными долгими поцелуями.

Пальцы его ухватились за мелкие пуговички на ее лифе. Расстегивая их одну за другой, он в то же время сумел взять себя в руки. Шаг за шагом он повел Антонию дорогой обольщения, самым долгим путем, какой только мог изобрести. Он точно знал, насколько далеко может завести ее сегодня, но ни дюймом дальше! Этот момент он уяснил себе с самого начала, еще до того, как была расстегнута самая последняя пуговица и одна его рука скользнула под тонкий шелк цвета морской волны.

От его прикосновения Антония резко втянула в себя воздух, ее мягкая, как атлас, кожа обожгла его. Он нежно обхватил пальцами одну грудь и услышал, как девушка перестала дышать, почувствовал, как напряжение, охватившее ее, растворяется в желании. Ее губы с настойчивой мольбой слились с его губами. Она прижалась к нему, восхитительная в своем целомудренном нетерпении.

Филипп смаковал вкус ее губ, идя ей навстречу, в то время как его желания кипели в первозданном исступлении. В конце концов он первый поднял голову, чтобы перевести дыхание.

Раскрасневшаяся Антония лежала, откинувшись на подушки, отяжелевшие веки прикрывали глаза, губы дрожали в надежде на продолжение поцелуя. Ее подхватила волна проснувшейся страсти, она жаждала новых ощущений.

Антония блаженно вздохнула.

Рука Филиппа заскользила по ее груди.

Антония распахнула глаза.

– Ах! – Резко вернувшись в реальность, она осознала вдруг, что лежит на кушетке рядом с Филиппом, который одной рукой держит ее за грудь. – Я… – Она запнулась, в смятении пытаясь вспомнить случившееся.