Безупречная жена

Она почувствовала, что дрожит, а глубоко внутри зарождается жаркая волна.

Убедившись в том, что она осознала свою ошибку, Филипп отвел взгляд.

– Это уж не вам судить, дорогая. – Спустя минуту уже более мягким тоном он добавил: – Нужно пообщаться с гостями. А когда должны начаться соревнования по стрельбе?

Пролетали часы, до отказа заполненные пустыми разговорами. Они гуляли по лужайкам, останавливаясь тут и там, чтобы переброситься словечком с очередным гостем. Антония твердо придерживалась мнения, что Филиппу следует побеседовать с каждым из своих арендаторов не менее пяти минут.

Оказалось, Филипп думает так же, и Антонии не пришлось ему ничего доказывать, за что она мысленно вознесла горячую благодарную молитву небесам. Она и так постоянно следила за праздником, включая различные мероприятия на лужайках. Ее сил точно не хватило бы еще и на то, чтобы руководить действиями Филиппа.

К ее удивлению, Филипп постоянно держался рядом. Он даже терпеливо дожидался, пока она закончит обмениваться рецептами с женой одного фермера. Несмотря на прошедшие годы, Антония все еще помнила в лицо большинство арендаторов.

Они были только рады возобновить с ней знакомство – ну и привлечь внимание Филиппа, разумеется. И после каждого такого разговора Филипп прижимал к себе девушку, прежде чем продолжить путь.

Как будто она и впрямь была для него защитой.

Большинство мамаш быстро смекнули, в чем дело, и не предпринимали попыток представить ему своих дочерей. Однако сами девицы были менее сообразительны. Мисс Эберкромби и мисс Харрис – отважные девушки, надо признать, – первыми заговорили с Филиппом, когда он с Антонией под руку проходил мимо.

– Ужасная жара, вам не кажется, милорд? – Мисс Эберкромби устремила страстный взгляд на барона и стала обмахивать себя рукой, привлекая внимание к пышным прелестям, сокрытым под глубоким вырезом платья.

– Такая жара и вправду лишает сил, – подхватила мисс Харрис, кукольно захлопала ресницами и томно посмотрела на Филиппа.

Антония почувствовала, как он окаменел; выражение лица стало жестким, отстраненным.

– Девушки, пока вы совсем не обессилели, предлагаю перейти в гостиную. – Ледяной тон Филиппа, казалось, заморозил все вокруг.

 – Там найдете прохладительные напитки, они вернут вам силы. – Сухо кивнув, он изменил курс, чтобы увести Антонию от этих будущих куртизанок.

Антония бросила один лишь взгляд на затвердевшую линию его губ и благоразумно решила переключить внимание на гостей. Она, конечно, могла бы объяснить юным леди, что слащавыми фразочками и хлопающими ресницами невозможно завоевать расположение барона. Ему не нравились бурные проявления эмоций, он предпочитал надлежащие в светском обществе сдержанные манеры.