Блог проказника домового

Зачем тогда организовали его тайный поход в депозитарий? Следовало клерка открыто туда направить. Было бы видео у охраны, которое подтвердило бы: Шмидт входил в банк в ночное время. Значит, он ждал момента, чтобы взрыв устроить.

– Так секьюрити мигом задержали бы Шмидта, взрыва не произошло бы, – пояснил я. – Игорь Кириллович составил весьма коварный план. Шмидт ушел, потом вернулся через тайный ход, незаметно проник в вип-зону депозитария, положил пакет в сейф. Потом все тем же путем покинул хранилище, уехал в деревню, чтобы зарыть пустой чемоданчик. Домой он вернулся под утро.

В подъезде столкнулся с консьержкой, которая только-только явилась на работу и удивилась, что Роберт где-то всю ночь шлялся. Игорь Кириллович рассчитывал, что кто-то из жильцов дома заметит рано утром клерка во дворе, да и жена его по простоте душевной могла сообщить, что муж не ночевал дома. И надежды Маслова оправдались: Шмидту попалась на дороге консьержка. На следующий день Роберт заболел. Вот его простуду Маслов никак спрогнозировать не мог, но она пришлась весьма кстати. Следователь решил, что Шмидт боится идти в банк, надеется, что его не вызовут для разговора о взрыве. Но только…

Я замялся.

– Что? – спросила Наташа.

– У меня нет сомнений, что автор пьесы – господин Маслов, – вздохнул я. – Ну зачем ему взрывать депозитарий? Мотива не понимаю!

– Может, он хотел от Роберта избавиться! – предположила Наташа.

– Зачем? – протянул Никита. – Опять не ясен мотив. К чему такие сложности? Маслов мог просто выгнать его с работы, придраться к чему-нибудь и… пошел вон! Это ж как надо ненавидеть Шмидта, чтобы его под тюрьму подставить. Что Роб ему сделал?

– Пока вы думаете, пойдемте покажу, что я нашла, – предложила Наташа.

 – Теперь я знаю, что скелет в земле – жена Игоря Кирилловича.

– Оксана жива-здорова, – возразил Борис.

– Пошли, сами увидите, – велела наша практикантка.

Глава 36

– Не спрашивайте, почему я полезла смотреть развалюху внутри, – частила Наташа, входя в небольшой домик. – В уши будто кто-то шепнул: «Топай в сараюшку». Осторожней, не споткнитесь.

– Смахивает на мастерскую и одновременно на склад всякого барахла, – заметил Никита. – Прямо как у моего деда пейзаж.

Старик все своими руками чинил, деревенская рачительность не позволяла ему даже битую посуду выкинуть. Дедуля ее хранил, чтобы потом, когда время найдет, склеить. Я в детстве обожал у него в сарае рыться, откапывал там настоящие сокровища для ребенка. У Федора Тимофеевича там еще погреб был, обстоятельно сделанный, стены бетонные. Бабушка банки в нем держала."

"– И здесь такой оборудован, – засуетилась Ната, – я случайно его обнаружила, зацепилась за что-то ногой, упала, посмотрела, почему шлепнулась.