Боец. Лихие 90-е
90-е забрали у него все — деньги, близких и спортивную карьеру. Взлет закончился травмой и жутким падением. Те, кто превозносил — отвернулись. Те, кто любил — ненавидят. Остались только честь, внутренний стержень и вера, что ты чего-то еще стоишь.Но судьба дает ему второй шанс, после нелепой смерти сознание бойца переносится в 1993-й год в тело обычного работяги. Зарплату платят раскладушками, общагу приватизировали и просят на выход. Его снова хотят растоптать. Но боец не намерен сдаваться и хочет взять у девяностых все то, чего когда-то лишился. Выход один — участвовать в боях без правил. Вот только тело ему досталось хлипкое…От автора:Малиновые пиджаки, ларьки и семки, фотоаппарат «Полароид», «МММ-нет проблем», «Сам себе режиссер».Книга для тех, кто выжил в 90-е, и для тех, кто хочет окунуться во времена своей молодости!
Я запрыгнул на водительское сиденье и дал по газам.
* * *— Выходи, — распорядился я.
Сам вышел из машины, открыл заднюю дверь, выпуская Лиду. Всю дорогу она ни слова не проронила. А теперь посмотрела на меня шальными ошарашенными глазами и с кулаками накинулась.
— Ты что натворил?!
Мы подъехали на Северный, сразу за мостом, который приводил в район, где был парк, по которому мы съехали под мост, подальше от людских глаз. Да, рискованно это все, понимаю, но как-то не о риске я думал, а о том, как наши шкуры уберечь здесь и сейчас.
— Успокойся, — я приобнял ее, останавливая.
— Ты же мне жизнь сломал!
Она уже рыдала.
— Успокойся, говорю. Могу отпустить? — я отодвинул девчонку от себя и посмотрел в глаза.
То ли она нашла в моем взгляде нечто успокаивающее, то ли просто из сил выбилась, но она промолчала. Обмякла сразу. Отпустив ее, я открыл багажник. Нашел там канистру бензина и, откупорив, полил им внедорожник, пройдя по кругу, пока бензин не кончился. Спички нашел в бардачке.
— Отойди подальше, — сказал я очень спокойно, хотя внутри все пылало.
Лида послушалась, отошла, закрывая нос и рот руками, а я зажег спичку и сунул ее в остальной коробок. Загоревшийся коробок бросил на автомобиль. Машина вспыхнула, как бенгальский огонь. Я тоже отошел на безопасное расстояние. Обычно в американских фильмах показывали, как автомобили при поджоге взрываются. Однако подобное встречалось очень редко и при очевидных проблемах с бензобаком. Здесь горел новенький джип… Но вот шины бабахнули, нагревшись. Лида вздрогнула, по ее щекам снова потекли слезы, и она прижалась ко мне. Оставаться здесь было нельзя. Взрыв привлечет внимание, поэтому я взял Лиду за руку, и мы пошли прочь. Как быть теперь с девчонкой, я пока не до конца понимал. Но разберемся.
Выбора другого у меня не было. Если бы я один сбежал, братки бы от нее явно не отстали. В лучшем случае увезли бы, изнасловали и посадили на иглу, а в худшем — даже думать не хочу. И ей это объяснять в красках мне совсем не хотелось."
"Сейчас ей главное — на дно залечь. Бабки у меня есть, на первое время хватит. Ей бы хату найти… но где искать хату, теперь я имел какое-то понимание. Ленка, после того, как я ей помог с алкашней разобраться, души во мне не чаяла — наверняка поможет. Правда, вечером Лена была на дне рождения, о чем сама сказала… ну что поделать, значит, пущу к себе девчонку на денек перекантоваться, пока поднятая пыль осядет. Мест спальных у меня в хате хватит, ну а потом мы с ней основательно поговорим. Заодно, может, на рынок прошвырнемся между делом. От идеи обзавестись новыми шмотками я отказываться не собирался.
— К родителям тебе нельзя сейчас, — приобнял я девушку, её била крупная дрожь. — Поняла?
— Сирота я, — вздохнула Лида.














