Боец. Лихие 90-е

Солома и Леван были люди вокзальных, и я более чем уверен, что Яшка знал, что лезет на поляну кладбищенских, перехватив у них стабильный источник переделки оружия. Судя по всему, Кривой вырос настолько, что решил попробовать потягаться с кладбищенскими, отжав их бизнес по огнестрелу. Интересно знать, насколько в моей группировке допускали такую возможность и какова будет реакция. Ну, собственно говоря, скоро узнаем.

— К «Спартанцу» езжай, — распорядился я.

— Угу, — кивнул Рябой.

Муха, который притормозил, чтобы дождаться нас, теперь не знал, куда ехать, и просто упал нашей «девятке» на хвост. Мы выехали на Ленина, постояли на светофоре, а потом повернули и направились в клуб. Я прекрасно понимал, что Солому и Левана не ждет там ничего хорошего, но хотел, чтобы именно Заур, или кто-либо в его присутствии, провёл допрос с пристрастием. Тут дело такое, что я могу кое-чего не знать, где-то упустить или вопрос не задать. Заур просил выяснить по происходящему — ему карты в руки. Правда, о том, что потом будет с пацанами — я понятия не имел, да и знать не хочу, гопники сами выбрали себе кривую дорожку, а что рано или поздно случается с людьми, которые на нее встали — известно. Но что я понимал, так это то, что гопники крупно встряли. Заур, даже когда мне задание давал, был крайне возбужден.

— Слышь, Боец, менты стоят, — отвлек меня от мыслей Рябой.

Действительно, прямо на повороте в сторону Северного стоял патрульный экипаж.

— Может, прямо поедем, до Комсы? — спросил Рябой, притармаживая.

Однако поздно, пока мы соображали, как быть, один из гайцов замахал жезлом, показывая нам команду останавливаться.

— Че делать? По газам? Проскочим! — засуетился Рябой, светофор на перекрестке желтым замигал, и это действительно наш шанс по-быстрому свалить от мента.

— Тормози, — я медленно покачал головой.

— Да? У нас в багажнике пассажиры и полный мешок стволов! — перепугался Рябой.

— Тормози, говорю!

Чем может быть чревата встреча с гаишниками в нашем интересном положении, я прекрасно понимал. По-хорошему, следовало жать по газам и проскакивать перекресток. Наверное, так бы я и приказал делать Рябому, но вовремя увидел второй экипаж, стоявший на светофоре перекрестка. При таких раскладах дашь по газам — и все закончится погоней со всеми вытекающими, а мне это не тарахтело. Да и поздняк метаться — красный загорелся, останавливая поток. Мы остановились, сзади затормозил Муха, быстро сориентировавшийся по обстановке и перестроившийся сзади в соседний ряд. Остановившись напротив, Муха выразительно посмотрел на меня. Я молча показал большой палец в ответ.

— Приплыли, — лихорадочно зашептал Рябой, сразу севший на измену.

Ребята у меня, конечно, простые, но я не ожидал, что он так струхнет.