Боги среди нас

Он надел футболку, покосившись на Катю. Но та и не замечала никого, роясь в коробке как в сокровищнице.

— Я хочу попросить вас о помощи, — обратился ко мне здоровяк.

— Я слушаю.

— Мой брат уже сказал вам, что у меня есть дом в пригороде. Его строил ещё мой дед. А теперь, там хотят построить элитный поселок. И скупают землю. Я не желаю его продавать. Семье там нравится.

— Справедливо, — медленно протянул я, понимая, к чему клонит мой собеседник. — Кто мы, без семьи?

— В общем, этот человек не привык, когда ему отказывают. Мне и моей жене угрожают. Говорят, что если я не продам дом, они сожгут его. Вместе с людьми. Там моя основная кузница, где я работаю с большими заказами.

— А пожар спишут на кузню, — смекнул я. — Удобно. Ты хочешь, чтобы я решил этот вопрос?

Бородач неспешно кивнул:

— Больше мне обратиться не к кому. Уж очень влиятельный он человек.

— Ну, назови имя. И он больше тебя не потревожит.

— Павел. Павел Комаров.

— Тот самый Комаров? — переспросила Катя. — Депутат местного Законодательного собрания? В своем ли ты уме?

— Да, — подтвердил бородач. И я заметил, как в его глазах начал разгораться огонь ненависти. Чистой и незамутненной.

— Услышано, — быстро ответил я, протягивая кузнецу ладонь. — Я решу эту проблему.

Кузнец недоверчиво посмотрел на меня. И пожал протянутую руку. Сделка была заключена, и обратной дороги уже не было. Даже сейчас, когда я был уверен: боги не наблюдают за Мидгардом, нарушителя клятвы ждал Хельхейм. А в царство Хелль я попадать не хотел.

Встреча с Аззазелем

— И как ты думаешь решить вопрос кузнеца?

— Как всегда, — пожал плечами я.

— Боюсь, как всегда — здесь не получится. Павел Решетников довольно влиятельный в городе человек.

— Депутат Законодательного собрания, я помню, — отмахнулся я. — И что? Это даёт ему бессмертие?

— Видар, нельзя убивать всех подряд! Такими темпами ты закончишь путь в тюрьме. Или в могиле.

— Не думаю, что кричать на всю улицу про убийство — это хорошая идея, — буркнул я, оглядевшись по сторонам.

— За нападение на государственного служащего в нашей стране светит пожизненное заключение, — не сдавалась Катя.

— Я крайне быстро бегаю. А поймают — эка невидаль. Вернусь домой — и все дела.

— Надо же как все у тебя просто, — обиженно протянула Катя.

— Не люблю сильно усложнять себе жизнь, — буркнул я в ответ. — Что это?

Я указал на большое кольцо, красующееся на маленьком пальчике Кати.

— Мастер мне презентовал, — умиленно сообщила она, забыв о том, что злилась минуту назад. — У этих воронов аметистовые глазки. Смотри, какая прелесть.

Я подумал, что все женщины по своей природе очень любят блестящие вещицы. Девушка вскинула руку, показав мне широкое кольцо из двух воронов, обнимающих фалангу. Каждое пёрышко смотрелось объёмным.