Больше не друзья
– Извини меня за эту ночь.– В смысле «извини»?– Просто извини за то, что не сдержался. С Варей не клеится, а тут ты рядом. Такая красивая и родная. Саш, прости. И Варе не говори, что я так накосячил. Попробую помириться.– Накосячил? Помириться?! – кричу на него.– Саш, ты клёвая, но я…– Замолчи! Не смей. Нет. Пожалуйста. Не говори, что жалеешь. Не говори, что это конец, Клим. Я прошу тебя…Он отворачивается и убивает меня словами:– Я вызову такси. Прости, Саш. Я не могу дать тебе то, что ты хочешь.– Ты выбираешь её? Что ты молчишь? Не молчи, Клим! Ее, да?!На мгновение мне показалось, что у него тоже чувства. А это случайность. И вина в его глазах причиняет адскую боль. Наша близость все разрушила.Кто мы теперь друг другу?
Клим очень тёплый, сильный и безумно приятно пахнет. А ещё с ним надёжно, и, несмотря на внутреннюю панику, становится немного спокойнее. Накрываю его предплечье ладонью, чувствуя напряжённые мышцы под кожей.
– Санёчек, всё будет нормально, вот увидишь. В любом случае, я тебя не брошу. Поняла? Чего бы там у вас не стряслось, – чмокает меня в щёку и убирает руки.
Тут же становится холодно. Обнимаю себя за плечи и отворачиваюсь от окна.
Клим зовёт к себе в комнату. Мы вместе забираемся на кровать и рубимся в приставку. Мне опять неудобно в платье. Приходится всё время его одёргивать, хотя Зорин даже не смотрит в сторону моих голых коленок. У нас гонка на плазме, и он весь в ней.
В дверь стучат.
– Да?! – орёт он на эмоциях.
К нам заглядывает домработница их семьи.
– Клим, вас с гостьей мама просит спуститься в гостиную, – сообщает женщина.
– Ну вот, кажется, началось, – мой живот снова болезненно поджимается. Смотрю на друга несчастными глазами.
– Хочешь, я один схожу, всё узнаю и вернусь, – предлагает Зорин.
– Нет уж! Чтобы там ни было, я хочу услышать это лично.
Цепляюсь за его горячую ладонь, слезая с кровати. На секундочку подхожу к зеркалу, поправляя волосы и одежду. В коридоре Клим снова берёт меня за руку и крепко сжимает ладонь.
Спускаемся в гостиную. Моя мама больше не плачет, но глаза воспалённые, макияж слегка размазался и нос припух. Так жалко её. Неужели папа что-то сделал?
Да нет, он не мог. Он же любит маму…
– Так, дети, – тётя Таня косится на наши сплетённые в замок пальцы. Клим ещё крепче сжимает мою руку. – Сашенька, ты же не будешь против пожить у нас некоторое время?
– З-зачем? – удивлённо моргнув, перевожу взгляд с тёти Тани на маму и обратно.
– Саш, нам с папой придётся уехать на какое-то время. Насколько, точно не могу тебе сказать. И я попросила Татьяну за тобой присмотреть. Ты у меня взрослая и самостоятельная девочка, но мне так будет спокойнее. За деньги не переживай. А добираться отсюда на учёбу ты спокойно сможешь на такси.
– Да брось. У меня муж и два пацана на машинах. Что, мы её до университета не довезём? – возражает тётя Таня. – Сашенька, на втором этаже есть свободная спальня. Думаю, тебе там будет уютно. Да и мне девчонка в компанию лишней не станет. Знаешь, как иногда эти мужики достают, – пытается шутить мама Клима.
А мы с ним молчим. Я пока не знаю, как это комментировать. Мне всё ещё не озвучили причину такого неожиданного решения, принятого у меня за спиной.
– Папа тоже решил? – решаю спросить.
– Да, детка, – судорожно вздыхает мама. – Это в большей степени его решение. Выдёргивать тебя из привычной жизни мы не хотим, оставлять тут совсем одну тоже.
– Понятно.
















