Большой секс в маленьком городе

Муж разговаривал с Владиком, это ее парень, тот говорит, что они поссорились в субботу и с тех пор не виделись, на телефонные звонки она не отвечала. Такая депрессия на пустом месте не возникает. Должна быть причина. Поэтому я и решила... Но я даже не знаю, как сказать об этом мужу, тем более уговорить ее обратиться к врачу.

– А если ее депрессия как-то связана с исчезновением Юли? – высказала я свое предположение.

– Что вы имеете в виду?

– Если не возражаете, я задам Кате еще пару вопросов.

Я вернулась в комнату девочки, теперь она лежала на спине и таращилась в потолок.

– Ты вернулась домой уже утром, – сказала я, устраиваясь в кресле. – Так где вы были всю ночь?

– Это она вам сказала? Мачеха? Она нарочно. Она все врет. Вы что, не понимаете...

Я подошла, схватила ее за плечи и хорошенько встряхнула.

– Кончай строить из себя несчастную сиротку.

С твоей подругой беда. Я хочу ей помочь. Где вы были ночью? – Она попробовала сопротивляться, но быстро поняла, как это бесперспективно, и то, что ее вопли на меня не подействуют, поняла тоже. – Где вы были ночью? – повторила я.

– Не помню, – жалобно захныкала Катя. – Я не помню. Ну почему вы мне не верите?

– Потому что ты врешь. И я думаю, у тебя есть на это причина.

– Нет. Честно. Я не вру. Мы ушли из клуба, у нас была бутылка водки, мы ее в клубе купили. Во дворе выпили, потому что тошно было, скукота и день не задался. У нее Кот, у меня Владик, все так по-дурацки...

А больше я ничего не помню. Наверное, я уснула на скамейке. Когда пришла в себя, Юльки не было. Меня тошнило и вообще... Не помню, как добралась домой, помню только, что на такси. Я Юльке звонила в воскресенье, у нее мобила в отключке. В понедельник в школу она не пришла, и я испугалась. Я не знаю, где она. Честно не знаю. Я пить больше не буду, никогда, и школу прогуливать. Я стану хорошо учиться...

– Вот это бы не помешало, – кивнула я, поднимаясь. – Если ты врешь и с Юлей беда, это будет на твоей совести. Не думай, что с таким грузом удобно жить.

Я поспешно удалилась, чтобы еще чего-нибудь не сказать сгоряча.

Не успела я устроиться в машине и завести мотор, как увидела Свету Коршунову. Она перебегала дорогу, направляясь к дому, где жили Савельевы.

– Интересно, – пробормотала я, взглянув на часы. – До конца занятий девушка не высидела.

Я решила подождать ее, а чтобы ожидание не томило, позвонила Тагаеву.

– Рад тебя слышать, – заявил он. Тимур всегда так говорит, это у нас вроде пароля.

– Не спеши, – хмыкнула я, – в смысле радоваться, я с просьбой.

– Наконец-то. Ты никогда ни о чем не просишь, и это меня тревожит. Что я должен сделать?

– В твоем ресторане «живая» музыка, а у меня безработная скрипачка.

– О господи, другой просьбы у тебя нет? – вздохнул Тагаев.

– Нет, – ответила я.