Босиком по пеплу. Книга 3

Продолжай и увидишь, что будет, — предостерегаю друга от негативных последствий его провокаций.

— Это вопрос. Простой и не требующий интеллектуальных усилий. Разговор двух друзей. Еще помнишь, что это? Ты можешь и дальше держать покер фейс, а я не умею делать вид, что мне похер, когда мне не похер, — с оскорбленным видом Кол снова утыкается в телефон.

Иногда он ведет себя, как капризный ребенок и порой бывает так же неосознанно жесток, как могут быть жестоки только дети до определённого возраста.

— Бахир попросил у меня разрешения ухаживать за Алисой, — спустя минуты гнетущего молчания, сдаюсь я.

— Не смелый наш архитектор, а больной на всю голову, — Колман поднимает на меня изумленный взгляд. — О том, что он уже начал руки распускать, случаем, не обмолвился?

Стиснув зубы, я отрицательно качаю головой, продолжая наблюдать за плывущими внизу облаками.

— Ну, ты и скала, Ран. Если честно, я рассчитывал на публичную казнь, — с деланным разочарованием вздыхает собеседник.

— Хорошего же ты обо мне мнения, — скупо ухмыляюсь, бросив на друга короткий взгляд.  Шайтан, а ведь неплохая идея.

— Говорю, как есть. Архитектор явно берега попутал, хотя, как я понял, твоя тигрица обладает магическим свойством превращать мужиков в идиотов-смертников. Тем не менее Бахира есть за что кастрировать. Не публично, конечно, этого сейчас точно делать не стоит, но мысль ты уловил.

— Уловил, запомнил, записал и запланировал, — без тени улыбки мрачно отвечаю я.

— Бокал шампанского, Ваше Величество? — чувственным шепотом обращается ко мне высокая блондинка в кричащем красном платье-футляре.

За разговором мы с Колманом пропустили момент её появления. Девушка низко наклоняется, придерживаясь одной рукой за спинку моего сиденья, во всей красе демонстрируя упругие полушария, едва умещающиеся в декольте. Настолько избитый прием. Где Искандер их собирает? Все, как под копирку.

Пересекаюсь понимающим взглядом с, иронично ухмыляющимся с кресла напротив, Мердером. Все-таки я не зря позволил ему составить мне компанию на частном острове. Даже сутки общения с Искандером и его полуголым окружением способны превратить мой тридцать второй день рождения в настоящую пытку с налетом языческой вакханалии.

— Его Величество не пьет в полете. Угости меня, детка, — приходит на помощь Колман, забирая у девушки бокал.

Она посылает Мердеру беглую улыбку, ненадолго задержав на нем оценивающий взгляд, и, что-то прикинув в своей меркантильной головке, снова переключается на меня.

— Ты тоже не пьешь, Кол, — напоминаю на арабском. — Вообще, не пьешь.

Мердер знает язык, и более того, за последние пару лет почти избавился от акцента.