Босиком по пеплу. Книга 3

Подняв руки, ладонями вперед, мой муж делает шаг вперед.

— У меня нет оружия, Эва, — ровным тоном сообщает Амиран, и от звука его голоса меня одновременно накрывает лавиной тепла, страха и облегчения. — Я не причиню тебе вреда, — уверенно добавляет Ран, и я на долю секунды расслабляюсь, поверив, что у него все под контролем. Только сумасшедший явился бы сюда без прикрытия.

— Одно движение, и твоя жена полетит вниз с пулей в виске, — злорадно смеясь, предупреждает Лейсан. — Ни ты, ни агенты АРС, расставленные по периметру, не шелохнутся, пока я не закончу. Не пытайся обмануть меня, Амиран.

Не испытывай судьбу. Просто поверь, что я успею спустить курок, даже если мне продырявят затылок. А, если не успею я, то успеет кто-то другой. Мое личное присутствие — редкое исключение. И надо же какая удача, сам правитель почтил меня своим вниманием, — ехидно смеется Лейсан, дергаясь всем телом.

Короткая передышка, вызванная эйфорией от появления Амирана, резко заканчивается, открывая мне истинный масштаб происходящего. Я цепенею от ужаса, в груди совершенно не остается воздуха, локоть безумной давит мне на горло.

— Давай поговорим, Эва, — низкий и бархатный голос Рана звучит все так же спокойно, снова впрыскивая в мои вены дозу адреналина и надежды. Он знает её имя... знает, что нужно делать. Только так и никак иначе. А главное — Амиран рядом, а, значит, сегодня никто из нас не умрет, и я весь мир бы отдала сейчас, за то, чтобы оказаться в его надежных объятиях.

«Я люблю тебя, Амиран», — беззвучно шепчут мои губы, когда смотрю на того, кому без сожалений навсегда вверила свое сердце.

«Я тебя больше...», — читаю в его глубоких глазах. И я верю ему, верю без оглядки, верю так же отчаянно, как в мучительные недели полного неведения и душевного опустошения, верю, безгранично и вопреки всему.

Глава 30

Амиран

— Я не хочу, чтобы кто-то пострадал, Эва, — повторяю я, делая упор на её имени. — Давай договоримся без стрельбы по невинным. Просто озвучь свои требования.

— И ты их выполнишь? — выгнув бровь, с пренебрежением спрашивает женщина, вжимая дуло пистолета в висок tatlim.

Гребаная сука.

Стиснув зубы, удерживаю кровожадные порывы, неимоверным усилием воли сохраняя внешнее спокойствие.

Алисия не должна почувствовать мой страх, а Ястреб нависшую над ней опасность. Если tatlim поддастся панике и невольно спровоцирует Эву Хоук на агрессию, то может случится непоправимое.  У нас с Алисой всего один шанс выбраться из этой заварушки без потерь — уступить, заставить поверить свихнувшуюся дрянь в её абсолютную победу.

Заметив, как кольцо военных постепенно начинает сужаться, я развожу руки в стороны, приказывая всем оставаться на своих местах. Слишком рано для атаки, а Алиса слишком близко к обрыву.