Босиком по пеплу. Книга 3

— Мы же договорились, что всегда честно.

— Проконсультировался со своим психологом.

— Серьезно? — отстранившись, Алисия недоверчиво смотрит мне в глаза. — Не знала, что у принцев есть собственные мозгоправы.

— А что в этом удивительного?  В режиме постоянной многозадачности помощь опытного специалиста — жизненная необходимость. К тому же я знал, что ты точно этого не сделаешь, — объясняю удивленной жене.

— Вот и нет, — фыркает tatlim. —  Я тоже консультировалась."

"— Ты умница, сладкая, но мой мозгоправ явно оказался компетентнее, — ухмыляюсь я, поглаживая мочку её уха. — Судя по результату.

— Мне все еще больно, — помолчав, произносит Алисия, имея в виду происходящее в душе, в сердце.

— Я знаю, — киваю, крепче прижимая загрустившую тигрицу к себе. — Вместе справиться с болью будет легче, чем по одиночке.

— Тебя не было так долго, Ран, — подавленно вздыхает Лиса, обнимая меня в ответ.

— Сейчас я здесь.

— А завтра?

— Уже завтра, — отзываюсь, массируя белокурый затылок пальцами. — И на него у меня большие планы, но сначала целебный здоровый сон.

Глава 7

Алисия

Я даже не предполагала, что предложение Амирана о здоровом сне будет настолько коротким. Кажется, прошла всего секунда с того момента, как я устроилась щекой на горячей груди мужа и начала дышать в такт гулким ударам его сердца.

— Просыпайся, малышка, — сонный голос мужа царапают хриплые нотки. Слегка приоткрыв веки, я осознаю, что розоватый рассвет только начал пробираться укрытую уютным полумраком спальню. Какого черта? Разве сегодня не выходной?

— Который час, Мир? — едва нахожу в себе силы на слабый шепот.

Прильнув к ключице, Рана, жадно вдыхаю запах его тела, напоминая самой себе озабоченную Туманом Саваж. Провожу носом по коже, и зарываюсь лицом в его подушку, задеваю губами пульсирующую вену на шее эмира.

— Безумно хочу спать. С тобой, Ран. Бесконечно долго, — мурлычу я, закидывая на него ножку таким образом, чтобы его бедра оказались заключены между моих.

Амиран в ответ издает горловой рык, ощущая, насколько я влажная для него. Все еще с вечера или уже — неважно. Наша близость не отпускала меня даже во сне, и мое тело этого давно не стесняется, а сомнения в том, что, как раньше, между нами уже не будет, он уничтожил начисто.

Сколько времени ему понадобилось, чтобы вдохнуть в меня жизнь и веру в себя, в нас? Каких-то несколько часов против трех недель тревожного одиночества. Еще вчера днем я задыхалась от переполняющих душу страхов, а сегодня нет ничего естественнее и правильнее, чем наши обнаженные тела, переплетенные друг с другом.

Сквозь сон, еще больше домогаюсь до шеи мужа с горячими поцелуями. Низ живота мгновенно наполняется тяжелой и приятной истомой, которой невозможно и совершенно не хочется противостоять.