Босиком по пеплу. Книга 3

Я резко останавливаюсь, удерживая Алису за запястье, инстинктивно заталкивая за свою спину.

Какие-то секунды… И они, как всегда, решают все, разделяя нашу жизнь на до и после, превращая мир, о котором мы мечтали еще минуту назад в полнейший хаос.

— Амиран! — отчаянно кричит Алисия, хватаясь за мои плечи, прижимаясь всем телом, её сердце бешено колотится мне в спину. — Мне страшно... Что происходит? Это же не по-настоящему... Так не может быть... Не сейчас."

"Tatlim захлебывается испуганным воплем, когда раздаются первые звуки выстрелов. Небо остается таким же ясным и чистым, как минуту назад.

Бесконечная синева, безразличная к творящемуся внизу безумию. И только срежет и гул, взрывающий барабанные перепонки, вбирает в себя жестокую реальность, запуская в мозг тысячи сигналов SOS.

Карим Фарид орет в динамик, чтобы мы отходили к машине. Я концентрируюсь на этой мысли, отсекая все лишнее. Инстинкт самосохранения запускает ""резервный двигатель"", безошибочно показывая пути отступления. Быстро передвигаться не получается. С двух сторон нас прижимают телохранители, прикрывая собой.

Оглушительный визг в толпе, переходящий в паническую звуковую атаку.

  Ногти Алисии впиваются мне под кожу.  Дрожа всем телом, она неосознанно повторяет мое имя, прячется за моей спиной от неумолимо сужающейся петли хаоса.

Один из стоящих впереди бодигардов оборачивается к нам, отделяясь от шеренги. Хамдан Каттан.

— Назад, быстр ..., — закончить не успевает.

Поздно.

Все те же секунды, растянувшиеся в вечность, превратившиеся в бездну.

Щелчок. Парень дергается вперед, шатается, отчаянно пытаясь удержаться на ногах. Булькающий звук клокочет в горле.

Еще один свистящий звук и пуля разрывает кожу на его шее, застревая внутри, кровь мгновенно пропитывает белоснежный воротник, хлещет фонтаном.  Мутный стекленеющий взгляд Каттана устремлен мне за спину.

— Нейтан, боже мой…Нет. Господи…, — Алиса кричит, пытаясь вырваться вперед, когда парень тяжело оседает на раскаленный асфальт. Мне хватает сил её удержать, но отчаянный женский вопль отдается глухой болью где-то внутри. Я не знаю, что бьет сильнее её неприкрытое отчаяние или холодный металл, достигнувший своей цели. Боли нет, только жгучее жжение в плече, сменяющееся онемением.

— Пригнись, быстро, — приказываю жене, толкая её на землю.

Вытягиваюсь рядом, прижимая голову Алисии к асфальту и накрывая затылок ладонью. Она рыдает в голос, находясь в полнейшем шоке.

Снова выстрелы, один за другим, еще один охранник падает рядом с нами. В открывшемся зазоре я успеваю увидеть обреченного стрелка в жилете смертника за мгновение до того, как он активирует взрывное устройство, превратив себя в окровавленный фарш из человеческой плоти.