С Новым Гадом

Сама! Сама хотела. И если бы не тварь в подъезде… найду и урою. Нет, это уже завтра. Пусть ищут, обязательно найдут. Никуда не денутся-найдут. И к папаше надо наведаться завтра. Сука, из-за него же все. Сын, бл*дь, у него будет. Твой ли, придурок. Хотя надо отдать Лениному папаше должное, сейчас он привел меня в чувство.

Вышел из машины, вглядываясь в окна. Никогда не думал, что буду так радоваться свету в окне. В принципе разницы нет, будь там хоть кромешная темень, все равно поднимусь.

Поднялся, позвонил и стал ждать. Как-то не так в моей башке выглядел этот момент. Не сразу, но ведь должна открыть! Нет, не на того напала, третий раз нажимаю на звонок и держу, не отрывая пальца. Нравится, не нравится, но все равно откроешь! Наконец на мое действие я получил характерный щелчок замка и как следствие распахнутую дверь. Ну и удивленную Лену, снимающую наушники, а затем и огромные перчатки желтого цвета.

— Вадим, ты камикадзе? — чуть улыбаясь произносит она, убирая выпавшую прядь волос за ухо."

"— Да, я смертник, который должен погибнуть исключительно от твоих рук, ну а точнее ног. Для симметрии в следующий раз ударь в другую сторону.

— Следующий раз?

— Так точно, — прохожу внутрь квартиры, не интересуясь Лениным мнением на этот счет, и принимаюсь снимать с себя верхнюю одежду. — Раздумывала открыть или нет?

— Нет. Я не слышала, в наушниках была, унитаз мыла.

— Унитаз? В двенадцать ночи?

— Ага. Я люблю убирать, особенно мыть унитаз, чтобы он блестел. И ванну люблю мыть. В общем, люблю все драить. Вадим, — уже серьезным голосом начинает она. — Это все…

— Тихо, Лена. Ты интересный собеседник, но сейчас ты ляпнешь какую-нибудь херню. Не надо. Я видел камеры, как и то, что у тебя не просто стянули сумочку. Я был у твоей подружки и в общих чертах знаю, что произошло шесть-семь лет назад, точнее догадываюсь. Но своей глухой обороной ты не поможешь ни мне, ни себе. Не проще ли сесть и рассказать все как есть? Зачем вообще было скрывать то, что случилось в подъезде? Проще сбегать, накручивать себя и надраивать унитазы? — судя по Лениному лицу, кажется, я переборщил.

— Я тебя просила ничего не рыть на меня! Мало того, ты еще и у Стеши был! Ты…

— Да я вообще отвратительнейший гад, интересующийся жизнью будущей жены. Гореть мне в аду за это!

— Уходи, — бросает Лена и, скрестив руки на груди, идет в гостиную.

— Разбежался, — иду за ней и останавливаюсь уже напротив сидящей на диване Лены. В голове куча чертовых мыслей, а что сказать, чтобы в очередной раз не вызвать агрессию и негатив? Где, блин, этому учат?

Наклоняюсь на корточки, кладу руки на Ленины колени, та не херачит рукой в ответ и на том спасибо.

— Я понимаю, что тебе неприятно говорить о случившемся, но по-другому никак, понимаешь? Я не умею читать мысли.