Брак поневоле

– Придёт в себя, поговорим, – заметил Олег, дав знак охране поднять девушку.

– Али-и-иса-а-а? Ты? – захлопала глазами Даша, немного приходя в себя. – Уже всё, да?..

– Дашка! Тебя били? Тебе угрожали? – хлопотала Алиса около сестры.

Даша хихикнула, отрицательно мотнув головой.

– Алиса, тебе лучше дождаться, пока она придёт в себя, – обнял я Алису за плечи.

– Но…

– Даша сейчас не способна и двух слов связать. Потом поговоришь с ней. Но, судя по всему, её не держали насильно.

– А фото? – всхлипнула Алиса, провожая глазами охранников, выносящих Дашу на руках.

– За дозу они и не такое скажут и сделают, – подал голос Самойлов, – не первый раз такое вижу. Даша явно не первую неделю «на игле».

– Девчонку в клинику, – сказал я, – лучшую, что есть. Пусть промоют её, как следует, поговорим на свежую голову. Выясним, кто кого похитили и похищал ли вообще…

Алиса цеплялась за мои плечи, плача.

– А Дима? – спросила она. – Дима должен был проследить за этим…

– Я спрошу. Олег, пусть проводят Алису.

– Влад, – протестующе уставилась она на меня.

– Лиса. Я решу проблему. Выясню и расскажу тебе.

Алису увели из домика.

– Где этот мудак? – спросил я.

– В подвале.

Самойлов двинулся вперёд. Мы спустились по лестнице. Жорика держали связанным, уткнув лицом в пол.

– Поднимите его, – попросил я, – посадите на стул и выйдите.

Просьбу выполнили.

– Выйдите все, – сказал я, глядя на Самойлова.

– Владлен Егорович…

– Я в курсе. Иди."

"Как только за последним ушедшим захлопнулась дверь, я подскочил к Жорику, ударив его кулаком по лицу. Он зашатался и упал вместе со стулом, поднялся на четвереньки, разглядывая меня. Те же водянистые глаза, что у Тамары и Никиты, острое треугольное лицо. Татуировка на всю руку: змеи от плеча до костяшек на кисти. Он. Мразь.

Я вынул кляп изо рта Жорика, расхаживая около него.

– Рассказывай, Жора.

Жорик усмехнулся.

– Что именно тебе рассказать? Как я несколько лет назад твою девку пялил?

– Это ты на зоне расскажешь. Своим сокамерникам. А потом тебя отлюбят всей компанией. Таких, как ты, на зоне любят. Я сделаю всё, чтобы твоя жизнь в камере была невыносимой.

Глаза Жорика забегали. Он сразу понял, что я не шутил. Кадык беспокойно задёргался.

– Я не…

– Заткнись. Если расскажешь всё, предложу тебе другой вариант.

– Какой?

– Это ты узнаешь потом. Но скажу сразу, что по нему твоя жопа не превратится в чёрную бездонную дыру, куда ныряют все, кому не лень.

– Рассказать? Что именно?

– Начни с того, кто приказал тебе измываться над Алисой.

Жорик кивнул.

– Я у Сагаряна мелкой сошкой подрабатывал. Тогда сказали девчонке подсыпать в бухло порошка и перехватить, когда она выйдет. Отвезти в клуб. Она была невменяема. Там таких любят выцепить и трахнуть.