Бриллиант Фортуны

 – Откройте, Рене!

Дверь распахнулась. На пороге стояла немолодая женщина с седыми волосами. Когда-то, вероятно, она была очень хороша собой, а теперь от ее красоты только и оставалось, что большие глаза поразительной голубизны. И хотя она была одета довольно скромно, если не сказать бедно, в ней чувствовалось какое-то внутреннее благородство. Мысленно Полина решила, что незнакомка похожа на королеву в изгнании.

– Вы к Люсьену, мсье? Проходите…"

"Хозяйка проводила гостей в маленькую, очень опрятную комнату, где в кресле дремал прикрытый пледом старичок. При виде Видока он недовольно приоткрыл глаза, но тут же спохватился и сел поудобнее. Только теперь Алексей и Полина заметили, что у старика нет обеих ног.

– Здравствуй, Люсьен, – мягко промолвил Видок.

Старик ничего не отвечал, лишь перевел глаза на жену. Та поняла его взгляд и засуетилась.

– Я оставлю вас, господа. Чувствуйте себя как дома, – сказала она и, выйдя из комнаты, аккуратно притворила за собой дверь.

– Вы опять по тому же старому делу, мсье Видок? – спросил старик. – Но я уже рассказал вам все, что помню.

Он был маленький и сморщенный. Чем-то он напоминал седого ребенка, но наблюдательная Полина сразу же отметила, какие у него глаза. В них застыла явная настороженность и еще, пожалуй, недоверчивость.

– Познакомьтесь, господа, – сказал Видок, оборачиваясь к Полине и Алексею. – Это Люсьен Конт, он же Люсьен Дюбуа. Бывший владелец «Регента», – добавил он не без иронии.

Теперь Алексей все понял. Перед ним был последний член той шайки, много лет тому назад укравшей сокровища французской короны.

– Нехорошо, мсье Видок, – проскрипел старичок. – Мы же уговорились в прошлый раз, что вы оставите меня в покое. Разве не так?

Видок оглянулся в поисках подходящего сиденья. Наконец он устроился на диване, предоставив Полине более удобное кресло. Каверин остался стоять.

– Видишь ли, Люсьен, – проговорил Видок с явным сожалением, – наш договор больше недействителен, потому что возникли новые обстоятельства.

Старичок затрепыхался, как пойманная рыба.

– Новые обстоятельства? Что еще за обстоятельства? Я не понимаю…

– «Принцесса грез», – жестко промолвил Видок, и его глаза сузились.

Показалось ли спутникам старого сыщика или старичок и в самом деле обмяк в кресле, как лопнувший мыльный пузырь?

– Я уже рассказал вам все о «Принцессе грез""! – прохныкал Люсьен Конт. – Больше я ничего о ней не знаю! Она ведь была у Симона Брюле! Почему вы не хотите оставить меня в покое?

– Потому что ты мне соврал, – ответил Видок, поигрывая тросточкой. – Вот почему, Люсьен. Ведь «Принцесса грез» была у тебя, и теперь я точно это знаю.

– Что вы имеете в виду? – пробормотал Люсьен.