Изгнанная жена дракона. Хозяйка лавки «Сладкие булочки»

Что одно, что другое – дорога в пекло. Ситуация, когда оба выхода отвратительные, становится все привычнее, но сейчас я особо сильно ощущаю, что моя игра подходит к концу.

В окне мелькают заинтересованные лица. Особенно ниры Шпехт, как же тут без нее. Неужели праздник уже кончился? Или они просто решили, что здесь интереснее?

– А я говорила, что с ней что-то не так! – доносится до меня ее голос.

– Да ну нет, – отвечает ей кто-то, – нира Летиция не могла…

– Так долго ж мужа нет… Нормальный муж так надолго не оставит… – рассуждает еще какая-то женщина.

– А ты видишь, что он нормальный? – возражает ей мужской голос.

Молчание в лавке затягивается. Муж Летиции ждет ответа. Мэр ждет ответа. Стражи тоже ждут ответа.

Я как будто случайно поднимаю руку с топором и указываю на дверь:

– Давайте поговорим на улице. У меня ребенок спит.

Странно, но, похоже, к мнению женщины с топором прислушиваются гораздо лучше, чем без топора. Потому что мэр злится, но кивает своим архаровцам на выход, а у муженька Летиции даже краснота с лица уходит.

Правильно делают, потому что никто не знает, на что я способна в состоянии аффекта.

Да, я рискую, создаю больше поводов для пересудов. Но возможности на меня надавить в помещении лавки гораздо больше, чем на улице. А на людях этим двоим придется еще и о своем моральном облике думать.

– Итак, – начинаю я, когда дверь за мной закрывается. – Что вы мне хотите предъявить, господин Форт? И на каких правах?

Бывший мэр оглядывается, понимая, что теперь точно все зависит от мужа Летиции. Надо же, я даже не знаю, как его зовут, да мне и неинтересно.

– Вы не Летиция Синт, – объявляет Форт, прокашлявшись.

Среди присутствующих зевак пробегает шепоток. Еще бы. Они-то ко мне со всей душой! А я обманщица! И если сейчас спустить все, то уже будет все равно, какая я была хорошая, для всех я останусь лживой тварью.

– И кто же это докажет? – спокойно спрашиваю я.

– Так вот он… – кивает мэр на мужа Летиции.

Тот еще раз взвешивает все за и против, окидывает меня чересчур заинтересованным взглядом и выдает:

– Кто сказал? Жена это моя.

Твою мать…

Новая картина маслом. Мэр багровеет, стражи хмурятся, я просто хочу поскорее закончить эту трагедию, которая приобретает оттенок комедии.

– Здесь что-то не так? – к нам подходит мужчина в военной форме, а у меня еще и от этого мурашки по спине пробегают: это форма людей Ксаррена.

Я даже нервно оглядываюсь: не пришел ли сам мой благоверный? Уже настоящий.

– Все в порядке, – отмахивается муж Летиции. – К жене вот приехал. Наконец-то.

Я уже собираюсь возмутиться, сказать, что ничего подобного, но меня прерывает стук копыт и поскрипывание колес.