Букелларий

Мне захотелось наклониться к нему, спросить, что чувствует, о чем думает в последние мгновения жизни, если вообще думает? Не успеваю, потому что раненый слабо дергается, как заснувший человек, и нижняя челюсть опускается, открыв рот с белыми зубами, не познавшими кариес. Заметил, что в эту и несколько предыдущих моих эпох у северян зубы чаще бывают хорошими, чем у южан. Может быть, потому, что меньше пьют вина и едят сладкое.

59"

"Мы пробыли во Фризии до середины лета, огнем и мечом насаждаю христианство и власть франков, что для аборигенов было одно и то же. Правитель Поппо погиб во время сражения, поэтому организовать сопротивление было некому. Если раньше желающих порулить этими землями было много, и претенденты устраивали продолжительные и кровавые разборки, то теперь все отказывались. Только месяца через полтора, когда наша армия уже была в дневном переходе от Доккюма, который можно считать столицей Фризии, хотя это довольно рыхлая федерация, прибыл Альдгисл, младший брат погибшего Поппо. Старший был крепышом среднего роста, а этот жердяй. Характеры тоже противоположные. Мягкому, податливому и скользкому Альдгислу следовало бы быть священником в тихом, глухом поселении, но волею судьбы, то есть струсивших горожан Доккюма, оказался правителем территории, почти полностью захваченной врагами. В обмен на обещание вывести армию из Фризии, он согласился стать вассалом Теодориха Четвертого, то есть Карла Мартелла, принять христианство и оказать всяческую помощь миссионерам. Мажордом всех франков вдобавок отобрал у него значительную часть территории между реками Фли и Лауэрс, раздав ее своим воинам в виде бенефиций и значительно увеличив численность тяжелой конницы.

Нового правителя Фризии крестили в ручье возле нашего лагеря. Крестным был сам Карл Мартелл. Сейчас эту роль выполняет всего один человек, мужчина у мужчины и женщина у женщины. После чего была трехдневная попойка, во время которой Альдгисл стал лучшим другом почти всех старших командиров, пировавших с ним в шатре мажордома всех франков. Со мной подружиться не получилось, потому что не люблю хитрожопых. Затем отягощенная трофеями армия франков вернулась в Австразию и оттуда разошлась по домам.

В двух дневных переходах от Альтдорфа заночевали на одном большом постоялом дворе вместе с купеческим караваном, идущим из Марселя. Купец пожаловался на частые нападения мавров. Их отряды шастали по всей Бургундии, добираясь даже до Лиона. Это известие насторожило меня. Подумал, что и Карл Мартелл уже должен знать об этом, а значит, может прислать гонца с приказом отправляться в новый поход, несмотря на то, что начались холода.