Бывшая любовница

?!!! Вот так, в лоб?! Это было слишком!!!

Маша закрыла рот ладонью. Нарушение мыслимых и немыслимых интимных границ!

- Вы...! Отто Маркович, я бы просила...

- Я также знаю, как выглядит твое смятение и страх. Ты ведь испугалась сегодня, Машенька, - мягко проговорил он. - Вопрос в том, чего или кого?

И опять в лоб. Он безжалостно стаскивал все ее щиты, сковыривал корки. Как будто она могла сейчас ответить, кого она испугалась больше, Андрея или себя?

Как врач, блин. Как врач! Только набрала полную грудь воздуха, чтобы...

Но тут неожиданно зазвонил его смартфон.

- Я отвечу? - спросил разрешения, как будто она могла отказать.

Пока он что-то говорил вполголоса, Маша пыталась переварить.

Это вообще, что было?! То, что он сейчас сказал, было в высшей степени странно. Такие откровения... Но если это признание в любви, то она китайский император!

Впрочем, взглянув тайком на прямую арийскую спину начальства, прикинула: розовые сопли и Отто Маркович? Однако телефонный разговор невольно зацепил Машу, потому что шеф в какой-то момент бросил на нее косой взгляд и весь неуловимо подобрался. И после этого отвечал односложно, только нет и да.

А как отбился, уселся на подоконник и как-то странно не нее уставился. Повисло молчание. Наконец он проговорил, проводя ладонью по лицу, как будто стирал эмоции или усталость.

- Значит так. Я даю вам месяц отпуска за счет фирмы, отдохнете и заодно и обдумаете мои слова.

- А как же работа?

- Если я даю отпуск, Мария Владимировна, не стоит возражать.

Ага, Арбайтен унд Орднунг! Орднунг унд Арбайтен! Маша едва сдержалась, чтобы не закатить глаза.

То что, для нее делал, было исключительно, тут просто не найти границ благодарности. Но как, в какой форме...

- Спасибо, Отто Маркович, - проговорила Маша, поднимаясь из кресла.

И уже поворачивалась к двери, полагая, что на сегодня это непростой разговор окончен, когда услышала:

- Подождите, я еще не все сказал.

глава 39

Не все сказал?

Маша замерла на полушаге. Обернулась, как-то странно и тревожно это вдруг отдалось в сознании. Ее начальник уже сидел за своим рабочим столом, руки сцеплены в замок. Прочистил горло и выдал:

- Я бы предпочел, чтобы вы сегодня же переехали о мне, Мария Владимировна. Мне так будет спокойнее.

Что?! Ему будет спокойнее? А ей? Она ведь еще не озвучила даже намерения обдумать его предложение. Как-то это было слишком. Нахрапом!"

"Маша нахмурилась, а он продолжал, глядя куда-то в угол:

- Обещаю, что не прикоснусь вас и пальцем, мы даже можем не видеться, у меня достаточно большая квартира.

Он опять заступал ее границы. Это было допустимо на работе, но не в личной жизни. Неужели это из-за того, что она позволила себе быть с ним откровенной?

- Благодарю вас, Отто Маркович. Но об этом не может быть и речи.