Бывшие. Я не смог ее забыть

Придавливаю основание ладоней к глазам, из груди вырывается стон. Мне голову будто стянуло колючей проволокой, а внутри так много всего, что выдержать это нереально.

Плечи безмолвно трясутся. Из глаз градом сыпется боль…

Наверно, так выглядит дно.

Бумеранг пробил мне башку, и уже неважно, как все было, почему и зачем. Все попытки себя оправдать разбиты и валяются осколками под моими ногами. С этим уже ничего не сделаешь. Он был прав. Неважно и то, что я пришел в себя, важно, что это случилось слишком поздно. Я перестал быть эгоистом и думать о себе, цепляясь за призрачную надежду что-то сохранить. Я перестал прятать голову в песок и убеждать себя, что у меня есть еще шанс, потому что его нет. Все совершенное - совершено, а единственное, что мне осталось - отпустить. Пусть она летит, будет счастлива, а не утонет в моем болоте. Это больше не ее дело, ведь Лера не должна отвечать за мои ошибки.

Пусть она убирается подальше. Как можно дальше от меня...

***

Не знаю, сколько я сижу в таком положении, которое в конце выглядит, как полная безысходность. Ударяюсь затылком о стену и сижу без движения, глядя в одну точку. Вокруг тишина и темнота.

Входная дверь хлопает.

Шаги.

Я больше не надеюсь, что это Лера. Я наконец-то осознал, что разрушил наши отношения. Их больше нет. Она больше не вернется…

Кто это? Мне неважно. Смотрю на темный, дверной проем безучастно, а через мгновение в нем появляется отец. Хмурый, обеспокоенный…стыдно. Мне дико-дико стыдно, что я заставил пройти и тебя через все это.

- Прости меня, - срывается с губ, отец замирает.

Мы смотрим друг другу в глаза долгие минуты, которые тянутся вечность.

Я закрываю глаза, чтобы никто не увидел, как мне больно на самом деле, а сам хриплю.

- Мне звонил адвокат. Я согласился на развод.

Отец шумно выдыхает. Я люблю его и доверяю полностью, но, пожалуй, хорошо, что он пришел только сейчас. Многое встало на свои места, а химеры больше не владеют моей памятью - я уже заставил его пройти через очень многое. Достаточно. Хватит...

Николай

Видеть своего ребенка разбитым - это сложно, но каждый раз ты, как родитель, должен перешагивать через себя и быть рядом. Да, тебе сложно, но ему в этот момент гораздо хуже, и именно в такую минуту ты ему нужен максимально сильно. Вне зависимости от возраста.

Вздыхаю и подхожу, а потом присаживаюсь на пол рядом. Мы молчим. Рома ковыряет свои пальцы, хмурится чуть. Я должен что-то сказать, но как это сказать, пока не знаю…

- Серый еще приезжал, - нарушает тишину сын хриплым голосом, - Мы говорили.

- О чем?

- О Кристине.

В груди немного поджигает. Столько лет прошло, а я до сих пор на дух не переношу эту вертихвостку.

- М.

- Я многое переосмыслил…вдруг.

Резко поворачиваю на него голову, но Рома не отвечает на взгляд.